Алматы 18.01.2022 22760

Народовластие через петицию. Часть I

Конец прошлой недели ознаменовался появлением различных петиций. Эта тема развилась настолько, что быстро стала претерпевать «кризис жанра». С одной стороны, это можно считать проявлением гражданской активности, а с другой – принять за «диванность» этой самой активности. Но есть или будет ли «выхлоп» от этого? Стоит ли обращаться «на деревню дедушке»? Стоит, но не сейчас. И вот, почему.


Если кто-то пропустил, то поясним, что определенную популярность получила виртуальная петиция «за отставку Сагинтаева» (акима Алматы). Она мигом набрала несколько тысяч голосов, а за пару-тройку дней – более 25 тысяч подписей. Следом за ней появилось обращение к президенту от имени народа с просьбой-требованием вернуть столице страны прежнее название. Также в мессенджерах и соцсетях стали распространяться подписать петицию о смене акима ВКО, снижения пенсионного возраста для женщин и другое. Все это уже с меньшим размахом, но, судя по всему, не менее искренне, чем в истории с г-ном Сагинтаевым.

Мы не станем вникать в составляющую каждого требования – это отдельная тема со своими особенностями, но прежде, чем перейти к их правовой составляющей, отметим, что все это можно принять за некий виртуальный митинг. С одной стороны, в условиях чрезвычайного положения, это хороший способ выразить гражданское мнение, с другой – неплохая отговорка от вынесения темы в реальный мир. Впрочем, тут стоит напомнить, что организатор «антисагинтаевской петиции» в прошедшую субботу попытался «выйти в офлайн», но уже через пять минут лежал лицом в асфальт, а затем получил штраф в 10 МРП за самодельный баннер. Будут ли подкрепляться подобными действиями и митингами другие виртуальные требования-просьбы, покажет время, а мы пока подумаем, стоит ли ждать результата от онлайн-протестов?

Вообще, мода на петиции в Казахстане появилась лет пять назад – в основном, на популярных зарубежных ресурсах, которые, как оказалось, могли легко и безболезненно глушиться на территории страны. Причем, создавалось впечатление, что блокировка в большей мере была для того, чтобы адресаты этих требований могли, если что, сказать: «А мы ничего не видели, поэтому никак не реагируем», а не для предотвращения набора заветного (и потенциально несбыточного) миллиона подписей.

МАТЕРИАЛЫ ПО ТЕМЕ:

Право на жизнь. Теория и практика

Право на чистый воздух

«Социалка». Иждивенцы или имеют право?

Декабрь. Де-юре

Но, тем не менее, популярность онлайн-петиций не снижалась. Действительно, они казались неким альтернативным способом выразить свое мнение по тому или иному вопросу – и высказался, и на митинг выходить не надо. Тем более, что ни от того, ни от другого особого смысла нет. Точнее, не было. Но сейчас есть определенные надежды на изменение ситуации – если не коренным образом, то частично. По крайней мере, многое будет зависеть от самого общества.

Вернемся на полтора года назад – к строке послания президента народа от 2020 года. Тогда Касым-Жомарт Токаев, кроме прочего (например, выборность сельских акимов), инициировал создание платформы для онлайн-петиций. Тогда он, в частности, сказал: «Граждане вынуждены требовать решений своих локальных проблем у центральной власти. Пора делегировать больше полномочий и ответственности местным руководителям. Благодаря социальным сетям проблемы, не находящие решений на местах, становятся известными всей стране», подчеркнув, что «такой механизм должен быть полностью защищен от каких-либо манипуляций».

Действительно, тотальное и как бы само собой разумеющееся недоверие к власти, властным институтам и, соответственно, ресурсам типа «e-gov», вызывают справедливое сомнение в том, как это все будет выглядеть и кто это будет контролировать. Ведь техника на то и техника, что она целиком и полностью зависит от человеческого фактора. Но в этом пусть разбираются соответствующие специалисты, а мы обратим внимание на другой аспект недоверия – на то, что на таком ресурсе нужно выкладывать личные данные.

Тут возникает два момента. Во-первых, люди (на этот раз – не очень справедливо) опасаются, что засветятся – ведь на разработанной платформе нужно выкладывать настоящие имя-фамилию. Во-вторых, что возникает из недоверия к самому ресурсу – будет ли подобный механизм на самом деле действенный. Есть еще и другие моменты, затрагивающие то, что подобные петиции могут быть инициированы внутриклановыми или межклановыми разборками и сведением личных счетов, но, опять-таки, уже отдельный вопрос. Поэтому обратимся к самому механизму.

Да, официальный сайт появился. С технической стороны он вызывает ряд вопросов, а вот с правовой он пока не несет заложенных в нем президентом функций – разве что для создания общей картины и понимания ситуации. Почему? Очень просто – потому что еще не принята правовая база.

В ноябре прошлого года появилось досье на проект Закона Республики Казахстан «О внесении изменений и дополнений в некоторые законодательные акты Республики Казахстан по вопросам общественного контроля». В пояснительной записке к нему, кроме прочего, сказано, что законопроект разработан «в целях повышения открытости и оперативности реагирования на нужды граждан, а также участия гражданского общества в управлении государством необходима регламентация в законодательстве института петиций». Там также отмечается, что его принятие «не повлечет отрицательных правовых, социально-экономических последствий и не потребует дополнительных финансовых затрат из государственного бюджета». Ну, в первом мы не сомневаемся, а на второе надеемся.

Что касается новелл, то обратим внимание на следующее. В первую очередь про формулировку: «петиция – коллективное сообщение, отклик или предложение, направленное в государственный орган, местный представительный и исполнительный орган в электронной форме». Если говорить о конкретном механизме, то выделим основные моменты. Основное условие состоит в том, что «присоединение к петиции не менее ста пятидесяти граждан Республики Казахстан в течение двадцати рабочих дней с даты подачи». Далее уполномоченный орган «в течение двадцати рабочих дней с даты присоединения к петиции не менее ста пятидесяти граждан Республики Казахстан, осуществляет проверку петиции».

Как будет осуществляться проверка, что это за «уполномоченный орган» и что последует за этим – мы детально рассмотрим в следующий раз. А пока, как мы привыкли, вернемся к Конституции РК. Напомним, что пункт первый статьи 3 однозначно говорит, что «единственным источником государственной власти является народ». Стоит напомнить нормы, заложенный в статье 33 (тоже пункт 1): «Граждане Республики Казахстан имеют право участвовать в управлении делами государства непосредственно и через своих представителей, обращаться лично, а также направлять индивидуальные и коллективные обращения в государственные органы и органы местного самоуправления».

МАТЕРИАЛЫ ПО ТЕМЕ:

А гражданином быть обязан

Право на жизнь. Доказательство аксиомы

Право на власть. «Убить дракона»

Права человека: ликбез для каждого

Таким образом, чисто с правовой (конституционной) точки зрения тема петиций не только обоснована и подкреплена, но и давно назрела. Но здесь возникает другой вопрос – как это будет делаться. Надеемся, что с учетом последних событий и прецедентов с появлением петиций, связанных с акимами и переименованиями, парламент пересмотрит свою позицию по детальному рассмотрению законопроекта. В этом плане роль гражданского общества более, чем важна – пусть даже на этапе рассмотрения готового проекта. Наверное, не надо объяснять, почему.

Продолжение следует


Фото из открытых источников


Мирас Нурмуханбетов