Алматы

01.11.2021

Единственная причина подросткового суицида – состояние психологического здоровья ребенка

Почему подростки сводят счеты с жизнью? С этим и другими вопросами мы обратились к психологу Светлане Богатыревой. Светлана много лет работает по профилактике детского суицида и семейных проблем. Она уверена, что недавняя трагедия в НИШ требует тщательного расследования, и винить только учителя или психолога – некорректно. Эксперт говорит, что существует два основных спусковых триггера суицида. Это проблемы в семье и проблемы в школе. Конфликт может стать последней каплей для принятия рокового решения.


- Светлана, в советское время не знали слова «буллинг», но травля в школах была и тогда. Как вы считаете, каковы основные причины буллинга в наших школах и детских коллективах?

- Важно понимать, что буллинг - это болезнь коллектива, а не отдельных людей. Это проблема взаимодействия в обществе. Он возникает там, где одному из детей важно самоутвердиться, доказать свой лидерский статус. При этом он совершенно не знает как это сделать, и использует для этого деструктивные способы. Скорее всего, этого ребенка либо дома травят, либо он не умеет коммуницировать, у него есть агрессивные тенденции, которые он не умеет конструктивно выражать.

То есть, буллинг – всегда борьба за статус, самоутверждение за счет других. Если взрослый человек, руководитель детского коллектива, а в школе это педагоги, спускает на тормозах ситуацию, закрывает на это глаза, то буллинг начинает расцветать и развиваться. И часто бывает, что сами учителя провоцируют его. Иногда, не понимая этого. То есть, они легитимируют процесс, если сами дают детям обидные прозвища, назначают любимчиков, прилюдно унижают детей. Для детей это сигнал, что так можно. И дети начинают так вести себя по отношению к друг другу.

Не всегда это учитель, но довольно часто. Все начинается с коллектива учителей, с того, как они общаются между собой. Дети быстро перенимают такое поведение.

Задача учителя не замалчивать случаи буллинга. Говорить о том, что буллинг – это насилие, а насилие неприемлемо. Соответственно, давать детям другие способы самоутверждения. Важно, чтобы все видели сильные стороны каждого ребенка в коллективе.

В коллективах, где есть место для его индивидуальности, буллинга не бывает.

Кроме того, травят тех детей, которые выделяются, не похожи на основную массу. Причем, это могут быть совершенно разные вещи – двоечник среди отличников, либо наоборот, отличник среди тех, кто не очень хорошо учится. Выделять можно по таким признакам как внешность, национальность, голос, одежда… И это повод начать обижать ребенка.

- Какова статистика по подростковым суицидам? Меняется ли причина суицидов?

- Суицид – это сложная проблема, имеющая много факторов. Казахстан занимает одно из ведущих мест в рейтинге подросткового суицида. Но последнее 15 лет ситуация идет спад. Тем не менее, цифры остаются достаточно высокими.

Что касается причины, то основная причина и она же единственная – это состояние психологического здоровья ребенка.

То есть, одни и те же трудности, один подросток, в хорошем ресурсном состоянии перенесет, справится с ними, а другому, у которого много нерешенных проблем внутри, будет сложнее справляться. Какое-то событие может послужить финальным триггером. Срабатывает последняя капля, и он решается на суицид.

Подростковый суицид импульсивен, может возникнуть на фоне гормонов. Это же возраст полового созревания, в этот период дети не всегда могут контролировать свои эмоции.

Есть такие дети-вспышки, дети-огоньки. Они на все реагируют остро, и к ним, конечно, нужно быть очень внимательными. Это такой типаж детей, которых сразу видно.

Но, в целом, причина в том, что у ребенка в течение длительного времени накапливаются проблемы, которые истощают его психический ресурс, способность справляться с трудностями.

Согласно статистике существует два основных спусковых триггера суицида. Это проблемы в семье и проблемы в школе. Конфликт может стать последней каплей для принятия рокового решения.

МАТЕРИАЛЫ ПО ТЕМЕ:

Скулшутинг: тихие одиночки с репутацией чужаков

Право на митинг. Контролируемое право

- Я помню из своей школьной практики, как нас детей унижали сами учителя. Лично я до сих пор травмирована иными токсичными учителями, которые внушили мне комплексы на всю мою жизнь. Учителя навешивали на нас ярлыки: тупой – умный, некрасивая - красивая, проститутка – хорошая девочка, бедняк - богач, родители простые – родители влиятельные. Я думаю, сегодня этот список намного длиннее, особенно, с учетом новых трендов, связанных с комсюмиризмом. Перестроился ли современный учитель?

- Соглашусь, поведение учителя – сегодня одна из больших проблем. Я много общаюсь с учителями, вижу разных, нельзя всех грести под одну гребенку. Среди них немало тонких, умных, любящих свою работу. Таких обычно любят дети, и у них нет проблем, ни с родителями, ни с детьми.

Но, к сожалению, основная масса учителей – это люди с какими-то странными, для меня, взглядами и менталитетом.

Объясню. В учительской среде почему-то бытует мнение, что учителя должны уважать априори. Неважно какой он человек, как и что он делает. У учителя должна быть презумпция невиновности, и какое-то предвосхищающее к ним уважение. Поэтому они так радовались в массе, когда был принят Закон о статусе педагога.

«Учителя должны уважать» - от этой мысли строится и все остальное. Если автоматически должно быть к ним уважение, то и их действия не должны как бы подвергаться критике. Словно, все что они делают идет во благо ребенка.

Многие учителя считают свои действия воспитательными, хотя это как раз приемы насильственного воспитания. Они могут кричать на ребенка, грубо его одернуть, говорить обидные слова, могут прилюдно опозорить ребенка.

Недавний случай, когда девочку за джинсы водили по кабинетам. Я думаю, а если бы эту женщину, которая это делала, также провели среди ее ровесников и что-то говорили о ней, то как она бы себя почувствовала, будучи взрослым человеком? Между тем, у нее много сертификатов по психологии и так далее. Вроде человек это должен понимать! Но они считают, что это воспитательные методы.

Мы не можем говорить, что учителя перестроили свой подход. На мой взгляд, это зависит от ценностей в образовании. Сегодня мы очень гонимся за рейтингами, за баллами, за соответствие международной системе PISA и так далее. За всеми этими показателями теряются личностные ценности, ценности внутреннего мира.

В школьной системе очень ценятся отличники, послушные дети, те, кто особенно не выделяется. А к тем, кто как-то высказывает свое мнение, или не готов, например, зубрить материал, учителя придираются.

К сожалению, часто это дает зеленый свет детям точно также вести себя с друг другом.

Сегодня мир другой, информационное пространство открыто, дети знают, что есть другие формы общения, и они готовы к этому. Пока же происходит тотальное унижение детей, и в таких условиях невозможно нормальное образование.

- О ханжеской морали в советских школах было много написано, даже снято кино. Но кажется, что ситуация не меняется, судя по поведению учителя НИШ, который потащил подростка к школьному психологу?

- Еще раз хочу отметить, что не все учителя такие. И этот случай в НИШ ужасает, потому что эта школа некий эталон, по которому мы сегодня мерим образование. Там собраны все современные образовательные технологии, грамотные вроде бы кадры… И вот этот случай странный и показательный.

То, что учитель, повел ребенка повел к психологу – это странно и вызывает вопросы к компетенции учителя. Учитель сам должен наблюдать за детьми, отмечать их особенности. К психологу обращаются за консультацией, а не в экстремальном порядке.

Так что здесь вопросы к компетенции педагога. Это некая неготовность встречаться с индивидуальностью детей.

Между тем, я считаю, что некорректно писать в СМИ что, ребенок покончил с собой после встречи с психологом. Это звучит как обвинение психолога. Зная специфику психологической помощи и развития суицидального поведения, можно говорить о том, что вряд ли разговор с психологом может служить причиной суицида.

Скорее всего, ситуация развивалась не на пустом месте. Возможно, наложились проблемы в семье и в детском коллективе на личность самого ребенка, на его способность справляться с проблемами. То есть, ситуация требует расследования, и однозначно вот так делать вывод, что виноват психолог, нельзя. Не все что происходит после события, происходит по его причине.

Вопрос же в том, наблюдали ли учителя развитие поведения ребенка? Потому что суицид – это решение, которое принимает сам человек, и бывает, что если такое решение принято, то никто ничего не сможет изменить.

МАТЕРИАЛЫ ПО ТЕМЕ:

Право на жизнь. Доказательство аксиомы

Права кочевников: социально-экономические и культурные

- По каким критериям идет отбор кандидата на позицию школьного психолога?

- Это хороший вопрос, но и больной, потому что плохо идут кадры в сферу образования. Это связано с низкими зарплатами. В последнее время приняли закон, подняли зарплаты, в вузах подняли проходной балл. Но нужны и качественные курсы по повышению квалификации, которые сегодня проходят формально. Нужны живые практические занятия для педагогов, чтобы они могли отрабатывать какие-то ситуации с детской психологией, приобретать гибкие навыки.

Для меня очевидно, что сегодня учителя не очень умеют это делать. Весь упор на передачу знаний. Но важно, прежде всего, наладить контакт и доверие с детьми. Такого личного контакта нет, на мой взгляд, в этом и беда.

Отбирать кандидатов, дообучать их необходимо, потому что вузовское образование не дает навыков работы.

Есть вопрос к комиссиям о профпригодности. Сам школьный психолог должен быть проработанным, получить опыт личной терапии с профессионалами, для того чтобы не тянуть свое личное в работу с детьми. Наши школьные психологи, к сожалению, не имеют такого опыта.

Мировой опыт показывает, что при работе с детьми быстро наступает синдром эмоционального выгорания. Такой человек не может работать с детьми полноценно. Есть мировая практика специальных центров поддержки педагогов, в том числе, и школьных психологов. Они могут там посетить группы разгрузки, делятся опытом, обсуждают какие-то сложные случаи. Это профессиональное сообщество.

Но у нас такого нет. В Казахстане стараются набрать побольше часов, чтобы больше заработать. И это в итоге сказывается на качестве работы.

Поэтому нужно менять вузовскую подготовку, качество курсов повышения квалификации, создавать инфраструктуру поддержки, чтобы школьная психология работала как ей положено.

- Светлана, как вы считаете, помогает ли детям бесплатные анонимные линии психологической поддержки?

- Телефоны доверия уже не работают. Дети не звонят, а пишут в мессенджерах в соцсетях. По-моему, линии поддержки должны приобретать другие формы, переходить в чаты.

И еще считаю перспективным такое направление, как консультация детей не взрослыми, а более близкими им по возрасту, например, студентами. Тех, кто близок к молодежи, понимает их язык, проблемы.


Ботагоз Сейдахметова