Алматы

01.09.2021

Права кочевников: женский вопрос

Гендерный вопрос, в отличие от политических и околополитических тем, обсуждается (а нередко и осуждается) в обществе более открыто и охотно. При этом выявляются непримиримые лагеря, а жаркие дискуссии часто проводятся в разных плоскостях, так, что оппоненты даже не слышат друг друга. Мы подойдем к вопросу с исторической точки зрения, для начала описав основу «женского вопроса» в древнем кочевом обществе, а потом (в следующем материале) – расскажем о том, как это дело обстояло в эпоху казахских ханств, вплоть до начала ХХ века.


Прошлая наша публикация в цикле прав и свобод в Великой степи, по идее, должна была завершить «ликбеза по демократии», однако нынешний материал мы все же решили включить в него. Вообще, само понятие «прав женщин», если вдуматься, уже подразумевает некое подсознательное отношение прекрасной половины человечества к чему-то второстепенному. Как будто речь идет о какой-то социальной группе или другому этносу. Впрочем, к этому вопросу можно подходить с разных сторон – и с поэтической, и с сексуальной, и с бытовой, и с… Поэтому мы изначально решили посветить ему отдельный (от цикла) материал. Однако если подойти к теме чисто с правовой точки зрения, при этом учитывая наш подход к освещению темы, то все-таки пусть «женский вопрос» войдет в наш сериал. Но хотели бы обратить внимание читателей, что нужно постараться воспринимать ее (тему) с разных сторон – если вы мужчина, по попробовать прочитать глазами женщин, если женщина – мужчины, а если, как пишут в анкетах, «другое», то по-другому.

Признаться, наше сегодняшняя тема достойна совершенно неоднозначна, причем даже не от того, что если к ней подходить с разных сторон, то будут ответы, находящиеся в несоприкасающихся плоскостях. Даже если затрагивать только нормы права, исходя из сегодняшних стандартов, то и тогда никто не сможет дать точного ответа, обладали ли женщина в кочевом обществе какими-либо правами и свободами или же несла только обязанности. Основными «водоразделами» здесь являются хронологические и географические рамки. Они тоже нередко вступают друг с другом в противоречие, но бывает, что их объединяет религиозная составляющая.

Немного поясним. Начнем с прошлого и сразу же подчеркнем, что речь идет не о каком-то матриархате или марксистского взгляда на историю. Во многих культурах, проживавших на территории Казахстана во времена палеолита и отчасти бронзового века, существовали совместные захоронения. Ученые полагали, что жену умерщвляли, если умирал муж. Это не всегда верно, так как у некоторых культур уже тогда практиковалось многоженство, но, в любом случае, лучше отталкиваться от кочевых культур.

Ярким примером, которым любят козырять знатоки Геродота, служат, конечно же, легендарные амазонки. Спорить с Отцом Истории (и отчимом науки, кстати) мы не собираемся, но подчеркнем, что это было не таким уж и распространенным явлением, как кому-то хотелось. По крайней мере, вряд ли можно было встретить женский батальон в каждом воинском соединении (по сути, это каждое кочевье или их объединение). Но, вместе с тем, женщины-воины, безусловно, существовали, о чем говорят соответствующие погребения сако-сарматского (в основном) времени, причем, наиболее часто они встречаются в западной части современного Казахстана.

Не спорим и с тем, что «женские батальоны» могли нападать на соседние племена, «доить» торговые караваны интуристов или еще как-то проявлять себя так, что разные античные сказители приходили бы от этого в восторг точно так же, как от сакской бани с семенами конопли, бросавшиеся на раскаленные камни внутри них. Нам представляется, что, скорее всего, чаще это делалось в виде какого-то ритуала или своеобразного девичника, когда молодые девчата выезжали в степь порезвиться, показаковать, а заодно попрактиковаться в боевых искусствах, заработать и, не исключаем, «разбавить кровь».

В общем, хочешь или не хочешь, но женских погребений с оружием у изголовья находят крайне мало. Они есть, но мало. А это факт, с которым невозможно спорить (археологов, вообще, трудно переспорить, равно как и журналистов). Можно, конечно, предположить, что все наши амазонки погибали только в зарубежных походах (потому их здесь не хоронили), но это менее вероятно, чем по одной лопаточной кости динозавра восстановить весь его облик. Более того, логично было бы предположить, что женщина скорее погибнет в бою у родного очага, защищая его, чем в дальнем походе. И отсюда выходит некая концепция, которая многое объясняет.

Дело в том, что женщина в кочевом обществе (как и в любом другом) несла определенные функции. Это были не только какие-то бытовые и прикладные моменты, но и все то, что связанно с мировоззрением. Кроме традиционных для многих народов «хранительницы очага» или «матери», это относится к прямому обожествлению женского начала (Умай, Ашина и прочее) и придания ему первостепенной значимости. Это, естественно, тема для отдельного разговора или даже научной диссертации, поэтому много расписывать ее не станем, а просто подчеркнем – уважение к женщине в древнем кочевом обществе носило изначальный характер и было неотъемлемой частью мировоззрения номадов. При этом, каждый член общества, независимо от пола, четко это осознавал, а понимание взаимосвязи божественного начала женщины и ее социально-бытовых функций было не «по привычке», а вполне осознанно.

Вместе с тем, большинство женщин вполне хорошо владело оружием, не говоря уже про верховую езду, в которой они нередко могли перещеголять и мужчин. Поэтому в моменты опасности, когда старшие мужчины отправились в поход, женская часть кочевья становилась хранительницами очага в буквальном смысле. Так что, если и были какие-то разделения на мужчин и женщин, то они несли в себе как функциональное, так и мировоззренческое значения.

И еще один факт, который многие автоматический вспоминают, доказывая о равноправии женщин у первых кочевников – это Томирис. Сейчас некоторые идеологи целенаправленно пиарят ее образ, чтобы как-то доказать, что и женщина может править и что в этом нет ничего плохого. Но здесь стоит отметить, что справедливые и именитые правительницы были во многих народах, в том числе и тех, где права других женщин не особо соблюдались. То есть, этот пример не является показателем. А вот на то, что у саков и массагетов правители зачастую несли функции жрецов, и если Томирис заодно могла и общаться с богами, передавая их волю народу (и наоборот), то это другое дело.

Другие народы и общества, сменявшие саков на протяжении последующих двух тысяч лет потихоньку пересматривали «женский вопрос», хотя основы еще во многом сохранялись. Можно было, например, рассказать о нем в эпоху тюркских каганатов (когда стало больше письменных источников) или показать некоторые отличия по отношению к женщинам, появившиеся при Золотой орде, но нам более важно донести суть – а она заключается в том, что при взгляде на нашу сегодняшнюю тему через призму истории, понимаешь очевидные различия и во многом отношение к женщинам у кочевников не стоит. Приход Ислама в Великую степь также внес существенные коррективы в «женский вопрос», и он становился более неоднозначным (различия и противоречия, в том числе, возникали и по географическому характеру). Но об этом более подробно в следующий раз, когда мы уже более конкретно поговорим о Казахском ханстве.

Читайте по теме:

https://check-point.kz/publication?id=213

https://check-point.kz/publication?id=215

https://check-point.kz/publication?id=216

https://check-point.kz/publication?id=222

https://check-point.kz/publication?id=227


Мирас Нурмуханбетов