Алматы 23.11.2022 5230

ЕС расширяет своё влияние на Центральную Азию

На прошлой неделе Центральную Азию с официальным визитом посетил верховный представитель Евросоюза по иностранным делам и политике безопасности, вице-президент Европейской комиссии Жозеп Боррель. Первым делом он встретился в Казахстане с К. Токаевым, а затем отправился в Самарканд, где председательствовал на министерской встрече ЕС-Центральная Азия, участвовал в работе Самаркандской конференции по взаимосвязанности между Евросоюзом и ЦА. На этой конференции Ж. Боррель провел переговоры с Ш. Мирзиёевым и министрами иностранных дел Таджикистана, Кыргызстана и Туркменистана.


На этом форуме рассматривались вопросы развития цифровой, транспортной и энергетической связи между Центральной Азией и Евросоюзом. ЕС настроен совместно с международными финансовыми институтами активно инвестировать капиталы в данные сферы. В этих целях ЕС будет инвестировать в строительство оптоволоконных линий связи, цифровые технологии в системе управления и социальной сфере, промышленности, здравоохранении, образовании, финансовом секторе и сельском хозяйстве. Среди прочего ЕС поможет ЦА в деле декарбонизации экономики. Отельное внимание ЕС уделить расширению Транскаспийского транспортного маршрута. Одним словом, Евросоюз решил стать ближе к Центральной Азии.

МАТЕРИАЛЫ ПО ТЕМЕ:

Позиция России в Центральной Азии продолжает ухудшаться

Смена гегемона Центральной Азии?

Факторы европейской энергетической и экономической безопасности

В то же время визит Ж. Борреля в ЦА преследовал и геополитические цели – ослабление влияния России и Китая в регионе. Ж. Боррель считает, что ЕС, как и страны Центральной Азии, движется к «стратегической автономии» в направлении ослабления «слишком сильной зависимости». Он имел в виду зависимость от России и Китая. Ж. Боррель в Самарканде заявил, что страны Центральной Азии вправе сами, без принуждения, выбирать стратегических партнеров. То есть это был «камень» в огород России и Китая. Однако он при этом указал на то, что ЕС уважает желание государств ЦА сохранить свою независимость, видимо, имея в виду нашу внешнюю политику «многовекторности». В этой связи примечательно, что Боррель уточнил, что взаимодействие ЦА с ЕС не должно вредить другим связям, а дополнять их. Как говорится, тонкая дипломатия с недвусмысленным значением.

В первую очередь ЕС настроен заменить Россию на европейском энергетическом рынке, добиться роста политического влияния Европы в регионе, в том числе в русле ограничения сотрудничества ЦА с РФ и по обходу антироссийских санкций. Ж. Боррель заявил, что ЕС готов возместить ущерб пострадавшим от антироссийских санкций. Незадолго до своего визита в центральноазиатский регион Ж. Боррель указал, что зависимость ЕС «от Китая в стратегии зеленой трансформации превышает зависимость от ископаемого топлива из России». Он уточнил, что Евросоюз на 90% зависим от импорта из Китая магния и редкоземельных металлов, на 80% - по поставкам солнечных панелей. Ж. Боррель отметил, что эту зависимость нужно снижать. (Напомним, что ЕС намерен к 2050 году достичь полной углеродной нейтральности своей экономики.)

К слову, недавно медийный спикер МИД РФ М. Захарова заявила, что «руководство ЕС, видимо, заразившееся каким-то аномальным политическим вирусом, решило самоизолироваться от России». Между прочим, Ш. Мирзиёев отметил, что страны Центральной Азии и ЕС проявляют твердое стремление к стратегическому сотрудничеству. Ж. Боррель в Самарканде сказал, что ЕС намерен энергично развивать сотрудничество со странами Центральной Азии. Боррель заявил о готовности ЕС увеличить инвестиции в регион. Он заметил, что Евросоюз уже является крупнейшим инвестором в ЦА, сделав почти половину «совокупных инвестиций в регионе – более 40 процентов» (за 10 лет более 105 миллиардов евро), что больше, чем инвестиции России и Китая.

Ж. Боррель отметил, что Казахстан является крупнейшим экономическим партнером ЕС в Центральной Азии. Более половины прямых иностранных инвестиций в нашу страну приходятся от стран ЕС. К тому же Казахстан поставляет в Евросоюз нужные ему углеводороды, что отчасти выступает альтернативой углеводородам из России. Не случайно Казахстан первым в Центральной Азии подписал Соглашение о расширенном партнерстве и сотрудничестве с Евросоюзом в декабре 2015 года. В конце октября глава Евросовета Шарль Мишель в Астане на саммите ЕС-ЦА говорил, что Евросоюз заинтересован в поставках энергоресурсов из Центральной Азии.

Разумеется, Ж. Боррель не забыл сказать и о сотрудничестве в сфере образования, прав человека и развития демократических институтов в ЦА. Однако, думается, что всё это – лирика, за которой главный интерес заключается в наших природных ресурсах, как альтернативе поставкам из России, а также для ухода зависимости от импорта комплектующих для «зеленой» экономики из Китая. (Ведь за предыдущие десятилетия Европа, как и США, по сути, ничего не сделали в наших странах для развития демократических ценностей, независимых социальных наук.) Конечно, речь не идет об аналогичных комплектующих из ЦА – их у нас просто нет. ЕС необходимо соответствующее сырье для развития своих производств у себя. Хотя, по-видимому, европейцы лучше предпочтут, чтобы эти комплектующие делали у нас – с помощью европейских технологий и капиталов. Как известно, это относительно «грязное» производство.

Не надо питать иллюзий относительно Запада, что он нам будто бы готов обеспечить «рай на земле». По большому счету мы для них – туземцы с карго-культом, но с большими природными полезными ископаемыми, которые нужны прежде всего ЕС. Тем не менее, получение от Евросоюза технологий по производству аккумуляторов и солнечных панелей было бы очень полезно для наших экономик, систем образования и др. Буквально пару недель назад Казахстан заключил с ЕС соглашение о сотрудничестве в области экологически чистого сырья, аккумуляторов и возобновляемого водорода в рамках стратегии развития «зеленой» экономики. По всей видимости, Евросоюз ожидает от Казахстана не только поставок редкоземельных и иных металлов, необходимых для производства аккумуляторов, солнечных панелей и т.д. Но и будет размещать у нас такие заводы.

Главное, чтобы мы не стали для Запада – территорией грязных производств, «буферной зоной» между Россией и Китаем. Впрочем, наши власти вряд ли будут «брататься» с Западом – они разные люди с разными ценностями. Для центральноазиатской элиты Россия и Китай культурно и политически ближе, чем Запад. Тем более Москва и Бейджин готовы помогать в деле укрепления авторитаризма в ЦА. На поверку западные деятели, в том числе европейские эксперты, имеют довольно смутные представления о Центральной Азии, о культуре и социальных установках наших людей. Во многом поэтому Запад неэффективно проводит в нашем регионе политику мягкой силы, делая ставку на «юридический» подход. (В итоге в регионе как считали Запад «либерастией», так и продолжают считать.) Всё это заканчивается имитацией демократических процедур, формальным принятием соответствующих законов.

Между тем в ЦА законы зачастую не работают, а применяются, когда это выгодно власть предержащим. От количества и качества законов мало что зависит в наших правилах игры. Наличие в наших конституциях, в других законах каких-то демократических положений не означает, что так оно и есть на самом деле. Если загримировать волка под барана - он ведь от этого не перестанет быть хищником. Даже если, вдруг, в наших странах будут надзирать за неукоснительным исполнением всех законов, они не станут стержнем нашей жизнедеятельности, так как люди все равно будут придерживаться неформальных норм и понятий, работая в «тени» властных «кабинетов», неформальных договоренностей. Гранты международных НПО, западных посольств в ЦА зачастую просто используют в своих целях – это нечто вроде «распила» агашками государственных тендеров.

Ведь наши НПО являются частью общества, поклоняясь тем же ценностям, носителями которых является подавляющее большинство, начиная с «крутых» агашек. И эти ценности в большинстве своем – материальные, авторитарные (милитаристские). Речь тут абсолютно не идет о духовных, постматериалистических ценностях (свобода, самовыражение и др.). Феномен Путина говорит о том, что на Западе слабые исследования постсоветской действительности - они не понимают её сути. Возможно, потому-то многие западные политики ранее пытались полюбовно договориться с Путиным.

А как же может быть иначе? Западные политики, аналитики в регионе общаются только с властными и провластными деятелями, экспертами, ухоженными и респектабельно выглядящими, «без заскоков». Конечно, в данном случае большую роль играет и западноцентричный снобизм. Известный своей принципиальностью казахстанский правозащитник Е. Жовтис в одном из интервью сказал: «Дело в том, что западная политика тоже конъюнктурна и в значительной степени основана на интересах, а не на ценностях и принципах. У них есть свои собственные интересы, геополитические и в сфере безопасности. Они делают западную политику максимально прагматичной, а иногда близкой к цинизму». Мы не хотим сказать, что другие державы лучше Запада – все они достойны друг друга. Тем самым нашим государствам необходимо опираться прежде всего на свои силы – на собственные общества…

Фото из открытых источников



Талгат Мамырайымов

Эффект колеи в Евразии

Талгат Мамырайымов