Алматы

19.11.2021

Цена духовных ценностей

Наш сериал о демонологии казахов породил логичный вопрос о сохранении знаний («предрассудков») об этом на сегодняшний день. Отсюда выходит и другая, казалось бы, однозначная, но заставляющая «ломать копья», тема. Речь идет о казахских традициях, на которые уповают и «уятмены», и историки, и нацпаты, и все, кому не лень. Но какие из них действительно являются «чисто казахскими», а какие пришли извне каких-то 100-200 лет назад? Что они с собой несут? Попробуем разобраться.


Действительно, в последнее время многие бравируют некими национальными традициями и духовными ценностями, пытаясь кого-то пристыдить или оправдать свои действия. Да, в каких-то случаях они оказываются правы, хотя нужно исходить из того, что многое в мире меняется, и мы должны меняться вместе с этим. Но сегодня мы не станем спорить на эту тему, а обратим внимание на факты – исторические и этнографические.

Начнем, наверное, с первого, что приходит на ум – с гостеприимства. Безусловно, что-то подобное есть и у многих других народов, но у казахов и у их предков есть некоторые особенности. Во-первых, необходимо принимать во внимание географические и те же исторические особенности. На протяжении тысячелетий территория Казахстана была, в хорошем понимании, «проходным двором», а модное понятие «этногенез» было обыденной вещью. Происходило постоянное смешение кровей в результате войн, торговли, развития экономических связей, чему способствовал Нефритовый, а позже Шелковый путь. Это - с одной стороны.

С другой, обширные просторы и относительно небольшое на тысячу квадратных километров население заставляло радоваться любому гостю. Конечно, существовали времена, когда в Великую степь чужаку лучше было не соваться – можно было легко оказаться на невольничьем рынке где-нибудь в Бухаре, но это происходило не так часто и в основном по отношению к тем, чьи соплеменники зарекомендовали себя у кочевников не с лучшей стороны. И, опять-таки, желание постоянно «обновлять кровь» заставляло относиться к гостям с большим почтением. К этому следует добавить немаловажный фактор, основанный на религиозных убеждениях – будь то Тенгрианство или же Ислам – ведь под личиной случайного гостя мог скрываться какой-нибудь добрый дух, желающий проверить хозяина на доброту.

Чисто «техническими» нуждами обосновывается другая национальная традиция – взаимовыручка. Речь идет, конечно же, об асаре, но нужно помнить, что у казахов было много различных видов «общинной помощи», названия части которых, к сожалению, утерялись. Понятно, что это была чистая необходимость для выживания в Степи (или горах – без разницы), поэтому это была не благотворительность в современном понимании и не краудфандинг как таковой. Более того, асар и его разновидности были практически узаконены. Например, община (ауыл) была обязана взять на содержание вдову и ее детей – без каких-либо оговорок. То же самое касается тех, кто попал в беду, лишился скота или дома (юрты). Видимо, именно поэтому среди наших предков практически не было бедноты (нищих) – они стали массово появляться в XIX веке, когда российская экспансия выдавливала кочевников из привычной среды обитания, появилось «классовое расслоение» и другие негативные моменты.

Несмотря на то, что взаимовыручка была у казахов в крови и укреплялась сводом обычного права, эта традиция укрепляла внутренние связи народа, способствовала сплочению и поднятию духа, вплоть до того, что сейчас называют патриотизмом. В принципе, в наши дни это тоже вдохновляет, хотя нередко асар воспринимается как исключение, а не правило.

Конечно, как отмечалось выше, современный мир серьезно корректирует многие исторические и духовные традиции, а некоторые из них может выворачивать наизнанку. Например, сейчас почему-то многие уверены, у казахов женщины занимали исключительно вторые роли всегда и везде. В своем правовом ликбезе мы поднимали отдельно эту тему, а потому сейчас просто повторимся. Да, лет 300 назад семейно-правовые отношения изменились, по сравнению с тем, что было еще раньше – женщины имели меньше прав, не могли голосовать или что-то в этом роде. Однако в повседневной жизни они были настолько же свободы, как и мужчины. Здесь тоже большую роль сыграли «методы хозяйствования» и бытовавшие верования, так как выживание в Великой степи и общение с Небом не зависели от гендерной принадлежности.

МАТЕРИАЛЫ ПО ТЕМЕ:

Права кочевников: и вновь о женщинах

Права кочевников: женский вопрос

К слову, воровство молодых женщин не было широкой практикой и методом найти жену. Напротив, это было предосудительно и за такое мог понести наказание не только горе-жених, но и его родные – приходилось откупаться табунами. Понятно, что были случаи, когда любовь заставляла идти на «похищение человека», но это, во-первых, было по взаимному согласию, а во-вторых, все равно могло понести за собой негативные последствия для обоих. Ну, как, скажем, в легенде о Козы-Корпеше и Баян-Сулу, которые, кстати, имеет тысячелетние корни.

Несколько изменились «традиции» по отношению к детям. Горестно сейчас наблюдать за воспитанием молодого поколения, при этом кое-кто утверждает, что ребенок, вообще, должен молчать и место его третье – после женщины. На самом деле нужно исходить из полузабытой казахской пословицы, которая сводилось к тому, что до семи лет ребенок в доме господин и бог. Приведем лишь один пример. Немецкий врач Рихард Карутц дважды посетил Мангыстау в начале ХХ века – сначала просто проездом и из любопытства, а затем – целенаправлено. Среди его воспоминаний заслуживает внимание то, что Мангышлак он называет «Раем для детей» по части того, что ребятишки (особенно младшего возраста) являются всеобщими любимцами и баловнями, причем, в этом больше матерей замечены отцы (что, как заметила историк Зира Наурызбаева, является разрушением стереотипа, что «казахские традиции» не позволяли мужчинам заниматься детьми).

Одной их национально-духовных традиций, которые не слишком переменились за последние 100-1000 лет – это отношение к пожилым людям. Такое, безусловно, было у многих народов, но тут следует учитывать некоторые исторические особенности. Казахи были (были?) воинственным народом, и средняя продолжительность жизни была низка. Поэтому к старикам автоматически были почет и уважение. Но большее значение имел опыт аксакалов. Это, с одной стороны, тоже чисто технический момент – исходя из накопленных знаний, они могли дать ценный совет по тому, когда начинать кочевье, в какую сторону в этом году лучше направиться, следует ли принимать на веру обещания нового хана, суровой ли будет наступающая зима и так далее. Но нередко аксакал играл и духовные роли – мог гадать на будущее, общаться с аруахами или просто успокоить своей мудростью ретивого юношу или влюбленную девушку.

МАТЕРИАЛЫ ПО ТЕМЕ:

Да помогут нам духи предков!

Казахская демонология: Духи в помощь

Можно привести слова Герольда Бельгера, сказавшего, что сейчас стариков много, а аксакалов практически нет, но мы не станем на столь пессимистической ноте заканчивать сегодняшнее повествование. Опять-таки, мир меняется, и мы меняемся вместе с ним – квартирный вопрос замучил (не до асара), а перманентные кризисные явления уже стали обыденностью, и поэтому многие срываются на детях, косо смотрят на внезапных гостей и отворачивают взгляд от стариков, просящих милостыню. Однако попробуем почаще вспоминать хотя бы об этих, упомянутых выше, духовных и национальных традициях и хотя бы иногда применять их на практике. Вот увидите, это доставляет удовольствие. Вот это и будет настоящей ценой духовных ценностей, которые не подлежат инфляции, а курс на них должен расти.


Мирас Нурмуханбетов