Политика

Мышление и свобода слова

Мурат Халилов

14.03.2024

В понедельник в Специализированном межрайонному суде по уголовным делам (СМУС) Астаны стартовало рассмотрение дела по убийству Салатнат Нукеновой. Основным подозреваемым является ее гражданский супруг, экс-министр Куандык Бишимбаев. С момента, когда эта трагедия стала достоянием общественности, вокруг нее стали возникать настоящие информационные войны, некоторые из которых чаще напоминали партизанские вылазки. Но, как говорится, нет худа без добра, и эта тема выявила многие проблемы, о которых либо не знали, либо не хотели говорить. А мы – поговорим.

Наверное, не стоит напоминать о самой трагедии, некоторые шокирующие подробности которой были озвучены стороной обвинения в первый день предварительных слушаний, которые начались 11 марта в СМУС. Более того, можно только догадываться, что было на самом деле – иногда казенный язык следственных органов не может донести всей боли и реальной обстановки. Может быть, это будет выявляться в ходе судебного следствия, а кое-какие подробности этого ужасного преступления станут достоянием общественности.

МАТЕРИАЛЫ ПО ТЕМЕ:

Митинговый экзамен

С кого и как будет спрашивать Бектенов?

Новое правительство – новый подход

Но мы сегодня хотели поговорить не конкретно об этом убийстве, а о роли СМИ и блогеров в освещении этой и других подобных резонансных тем. В первую очередь, хотелось бы обратить внимание на комментарии министра культуры и информации Аиды Балаевой, которые наши коллеги почему-то стали воспринимать каждый на свой лад. Одни восприняли это в свой адрес, заявив, что не подобает «министру журналистов» так высказываться о коллегах. Другие, напротив, чересчур ретиво поддержали ее, сделав акцент на том, что правительство теперь за то, чтобы «осудить Бишимбаева по всей строгости закона».

Извините, ребята, вы о чем? Никогда Балаева (впрочем, как и любой другой действующий министр, как бы мы к ним не относились) не стала бы обвинять кого-то, предвосхищая не только решение суда, но и даже процессуальные действия следственных органов. Можно было бы сказать в этом случае «на воре шапка горит», но тут дело в том, что излишний хайп отодвинул на второй и даже третий планы правовую сторону дела. Этого или любого другого. Министр информации достаточно четко выразила позицию государства (которая, судя по всему, совпадает с ее личной): «Я скажу прямо: люди, которые, руководствуясь корыстными интересами, вопреки всем принятым общечеловеческим нормам и принципам, транслируют ложь и занимаются манипулированием общественного сознания, справедливо получают широкое общественное порицание, становятся не просто «нерукопожатными», но и самыми настоящими изгоями. Потому что общество неглупое».

Что тут не так? Не будем акцентировать внимание на «нерукопожатность», но отметим, что общество, действительно, не глупое. Поэтому не обязательно предоставлять чеки и выявлять транзакции, чтобы доказать, что кто-то вдруг стал «топить» за того же Бишимбаева, а из его жертвы делать образ «она сама не белая и не пушистая». При этом следует подчеркнуть, что эти «кто-то» на самом деле являются блогерами и бывшими журналистами, которые представляют себя в виде целой редакции. Окей, если вы такие честные и правдивые, то обнародуйте декларацию о доходах – ведь так будет справедливо же?

Впрочем, мы хотели сегодня немного расширить тему. Не секрет, что не только отдельные блогеры, но и издания не гнушаются «джинсой», которая не проходит через бухгалтерию. Понятно, что есть материалы, написанные и снятые в рамках PR, причем, не обязательно с соответствующей припиской. Этим вряд ли кого удивишь и на Западе. Там, кстати, бывает, что телеканалы сами платят немалые деньги за возможность взять интервью у какого-то осужденного (то есть, уже признанного виновным) маньяка, серийного убийцы или террориста. Но если выявляется факт, что кто-то из журналистов или сотрудников редакции брал деньги за выпуск определенного материала (или наоборот – за то, чтобы он не вышел), то наказание будет жестким. Причем, в первую очередь, за неуплату налогов и подобные преступления.

Не секрет, что в Казахстане во многих компаниях (СМИ – не исключение) основную часть зарплаты дают в обход бухгалтерии, поэтому наших граждан могут только улыбнуть подобные преследования зарубежных коллег. У нас же термин «продажный журналист» настолько вжился, что в случае чего даже нет необходимости предоставлять доказательства. Это примерно также, как и словосочетания «гаишник – взяточник» или «чиновник – коррупционер». Обидно, конечно. Тем более, большинство журналистов честно отрабатывают свою зарплату по штатному расписанию и стремятся больше и качественнее трудиться, чтобы суммы в гонорарной сетке были покрупнее.

Но тут есть один нюанс. Он тоже не является секретом, но о нем предпочитают молчать. Речь о том, что в стране существуют (точнее, до сих пор существуют) целые медиа-холдинги, которые контролируются различными олигархами и финансово-политическими группами – то есть, кланами. При этом, опасение вызывают те, на которые имеют прямое или косвенное влияние представители пресловутого «старого Казахстана».

По мнению ряда независимых политологов, этот факт является одним из главных рисков, с которыми мы можем столкнуться. И тут абсолютно не имеет никакого значения, кто ты – министр или учитель, бизнесмен или пенсионер, взрослый и сильный мужчина или маленькая трехлетняя девочка. Можно было бы разъяснить, почему, но (на этот раз) мы не станем этого делать, а просто выведем аксиому – мы все находимся в едином информационном поле, даже если одни смотрят новости по телевизору, другие черпают информацию из анонимных телеграм-каналов, а третьи и вовсе предпочитают ничего не знать, в лучшем случае используя только развлекательный контент в соцсетях.

Это поле, учитывая те же социальные сети, невозможно контролировать. Одни могут сказать, что контроль выгоден государству или даже режиму. Отчасти они правы, но нынешняя геополитическая ситуация и внутристрановые проблемы показывают, что все пускать на самотек, уповая лишь на свободу слова, нельзя. Думается, именно с этой стороны нужно рассматривать инициативы правительства в этом плане. Но не все можно (и нужно) регулировать законами (в частности, новым законом о СМИ) или Уголовным и Административным кодексами. Должен быть другой кодекс – кодекс чести журналиста. Впрочем, это тоже отдельная тема для разговора.

В завершении опять ненадолго вернемся к тому, с чего начали – к ситуации вокруг «дела Бишимбаева» в контексте прессы и общественного резонанса. Как отметили некоторые наиболее объективные наблюдатели, весь этот кейс, кроме прочего, выявил факт, что у многих отсутствует так называемое критическое мышление. Наши люди привыкли, что им дают какую-либо готовую информацию или интерпретацию событий, приготовленную на вкус и по рецепту тех или иных СМИ. Редакции этим хорошо пользуются. Хорошо это или плохо – не важно. Важно то, что многие граждане теперь стали понимать, что они сами могут делать выводы, а пресса должна просто максимально объективно и полно выдавать информацию. Это немного утрированно, конечно, и все СМИ под одну редакционную политику не загонишь, но хотелось бы, чтобы было побольше таких изданий и побольше думающих граждан. Вот это и есть настоящая свобода слова, свобода на получение и распространение информации.

Фото из открытых источников


Мурат Халилов

Публикации автора

В этот день. Юлий Цезарь и другие именинники

Осторожно, дезинформация!

Совесть нации. Миссия выполнима

В этот день. День рождения туризма

Наследие предков и забота о потомках. Часть IV

Включаем мозг. Как не заблудиться в потоке новостей

Топ-тема

Другие темы

ОБЩЕСТВО | 12.07.2024

Ценности за гранью: чего добиваются представители ЛГБТ-сообщества

АНАЛИТИКА | 12.07.2024

В этот день. Юлий Цезарь и другие именинники

СПОРТ | 11.07.2024

Парадоксы гимнастики в РК: чем хуже условия, тем лучше результат

ПОЛИТИКА | 11.07.2024

Не сезон: чем занимаются политические партии Казахстана?

АНАЛИТИКА | 11.07.2024

Осторожно, дезинформация!

КУЛЬТУРА | 10.07.2024

Время взрослеть: артистов призвали к ответственности