Алматы 12.02.2024 7707

С кого и как будет спрашивать Бектенов?

В прошлую пятницу новый премьер-министр провел первое заседание правительства. «Темп работы будет высоким, а спрос – жестким», – предупредил он. О темпах можно судить по 10-суточному сроку, который дал Олжас Бектенов. Что касается «жесткого спроса», то тут можно пока только предполагать. Гражданские премьеры тоже временами стращали своих подчиненных министров, но как будет поступать генерал-лейтенант? Чтобы понять это, нужно исходить из поставленных перед правительством задач.


Напомним, в прошлую среду в Астане прошло расширенное заседание правительства, основой которого стало выступление президента страны. По большому счету, оно походило на очередное послание народу Казахстан, с той лишь разницей, что на этот раз было больше конкретики. Кроме этого, послание было рассчитано на более широкую аудиторию и немного растянутый период, а на этот раз слушателями оказались только министры и акимы, а сроки исполнения ряда поручений, как мы поняли, сжаты до нескольких месяцев.

МАТЕРИАЛЫ ПО ТЕМЕ:

Новое правительство – новый подход

Возврати мне, возврати!

Я б в чиновники пошел…

В целом же стало понятно, что задачей-минимум для правительства является финансово-экономическое направление. В принципе, это неудивительно, но в данном случае все будет исходить из формулы: «Найти деньги. Тратить эффективно. И справедливо». Вроде бы, все просто и понятно, но все упирается в реализации этих наставлений. Поэтому в речи Токаева все было «разложено по полочкам» – нужно только начать делать. Но если бы все было так просто. Впрочем, не будем разводить лирику, а вернемся к заседанию кабмина.

Наблюдатели отметили, что выступление Олжаса Бектенова и его замечания на доклады министров были неожиданно четкими и профессиональными. Так, заслушав тех, кто отвечает за тот же финансово-экономический блог, новый премьер заметил, что нужно расставить приоритеты в бюджетных расходах ¬– с акцентом на наиболее полную экономическую отдачу и исключением непродуктивных трат. При этом были поставлены сроки – 10 дней на ревизию республиканского бюджета и месяц на проверку всех местных «на предмет существенного сокращения расходов, не имеющих первостепенного значения». Никто не должен сорить деньгами», – сказал Бектенов по этому поводу.

Также 10-дневный срок был поставлен конкретно перед первым вице-премьером Романом Скляром. В течение этого времени он должен будет провести переговоры с собственниками всех крупных промышленных предприятий, в первую очередь в добывающих отраслях. Тут основная задача – «придать новый импульс промышленному развитию страны». При этом премьер акцентировал внимание, что «отечественные промышленные гиганты должны кардинально увеличить закупки казахстанских товаров, работ и услуг» – с ними будут заключены соответствующие соглашения.

Декада на выполнение поручений – это предельно сжатый срок, что является показателем реальности высоких темпов. Но, кроме прочего, это должно говорить о потенциале правительства. Ведь вряд ли бы Олжас Бектенов, как хороший руководитель, стал бы ставить перед правительством и конкретными министрами задачи, которые они не смогут выполнить. Или это делается для того, чтобы появился повод избавиться от кого-то из них? Но об этом немного нижа, а пока вернемся к некоторым другим темам, поднятым на пятничном заседании кабмина.

Так, например, его глава указал на «необходимость практически заново переписать проект Налогового кодекса, изменив его философию». Напомним, двумя днями ранее Касым-Жомарт Токаев также коснулся этой темы, кроме прочего, подвергнув критике то, что разработчики стали затягивать с проектом Кодекса. Бектенов на этот раз не стал давать сроки, но отметил куда более важную деталь: «Следует учесть мнения экспертного и бизнес-сообщества. Налоговый кодекс должен стимулировать бизнес-активность, мотивировать к укрупнению бизнеса, а не наоборот». Как говорится, наконец-то!

Хотелось бы еще раз подчеркнуть, что премьер-министр не стал говорить о «существенной доработке» Кодекса, а также не стал называть конкретные фамилии экспертов, которые могли бы помочь. Но это фактически является признанием, что правительство не справилось с поставленной президентом (в сентябрьском послании 2023 года) установкой и изначально пошло не туда. На нашей памяти мы впервые сталкиваемся с тем, чтобы какой-либо нормативно-правовой акт, еще не дошедший до парламента, стал разрабатываться заново. Что касается независимых экспертов и бизнес-сообщества, то хотелось бы, чтобы это не были аффилированные лица и предприниматели с чиновничьим интересом.

К слову, Олжас Бектенов ничего не сказал и об ответственности тех, кто, по существу, потратил человеко-часы и ценное время на разработку того же Налогового кодекса, нынешний сырой вариант которого отправлен в корзину. Нам это интересно не только и не сколько с обывательской точки зрения (публика иногда требует жертв из числа больших чиновников), а в большей степени с правовой.

Вновь слово премьеру: «Мы будем правительством решительных действий. Нам предоставлено достаточно полномочий для эффективного наращивания темпов роста, активного проведения диверсификации экономики, привлечения инвестиций, решения всех стоящих задач… Министры должны быть самостоятельными, оперативно решать отраслевые вопросы на своем уровне. Всем необходимо понять, что темп работы будет высоким, а спрос – жестким». Так в чем жесткость?

Конечно, в Уголовном и Административном кодексах можно найти какую-нибудь статью для привлечения к ответственности конкретного министра за конкретные дела, но вряд ли это имел в виду премьер-силовик. Тогда остается только увольнение? В этом плане теперь можно понять, почему лишь четверо министров (из 21-го, между прочим) были заменены другими. Возможно, всех других оставили для того, чтобы с чистой совестью отправить их в отставку, если (когда) он не смогут справиться с новыми задачами и высокими темпами. Ведь, согласитесь, было бы как-то неудобно, если поменяешь министра, а тут выяснится, что он «не тянет».

И тут возникает сомнение – не является ли увольнение слишком легким «наказанием» за то, что не справился (или не справилась)? Ведь у каждого министра или акима есть своеобразная «финансовая подушка» и за свое место он цепляется не ради зарплаты и соцпакета, да и часто они без работы не остаются. Но тут нужно иметь в виду, что чиновники класса «А» у нас входят в некую касту, составляя высшее сословие (этот термин, почему-то, до сих пор сохраняется в Конституции и УК РК), выход из которого лично для большинства из них приравнен к тюремному заключению.

Кроме этого, министры-акимы могут терять рычаги влияния и возможного «серого заработка». Понятно, что Бектенов, как бывший антикорщик, не стал сразу пугать членов кабмина этим, но уже были намеки, как с его стороны, так и со стороны президента. И тут, опять-таки, дело в формуле по поиску и эффективному использованию финансов на республиканском и региональном уровнях. Проще говоря, воровство из бюджета и взятки за счет госзакупок – это очень неэффективно. И вот за такое спрос точно должен быть жестким.

И еще. Жесткий спрос должен быть не только со стороны премьер-министра, президента и (или) правоохранительных органов, но и со стороны общества – то есть, нас с вами. Да, мы любим критиковать того или иного министра, а акимы и вовсе становятся нашими «любимчиками». Однако надо привыкать делать это по существу, по конкретным действиям или бездействию. А для этого нужно попросту следить за работой слегка обновленного правительства, быть в курсе ее «плюсов» и «минусов». В общем, для любого члена правительства реакция со стороны народа должна быть более важна, чем отставка от президента или даже наручники от генпрокурора.

Фото из открытых источников


Мурат Халилов