Алматы 11.05.2022 23235

Что такое «декоммунизация». Часть I

Появление портретов Сталина и Берии на праздновании Дня Победы в Алматы вызвал волну возмущения в соцсетях, которая могла выплеснуться за пределы виртуального мира. С другой стороны, определенная часть наших сограждан не увидела в этом ничего крамольного, а многие участники шествия даже выстраивались в очередь, чтобы сфотографироваться с «вождями». По нашему мнению, вся проблема в том, что в стране не прошел процесс декоммунизации. Какая здесь взаимосвязь? Чтобы понять это, рассмотрим в упрощенном варианте, что это такое.


Но для начала вернемся к «бессмертному полку», который в Алматы прошел скрытый под адаптированным названием «Батырларға тағзым» («Поклонимся героям»). Сразу стоит отметить, что мы нисколько не против поклонения и выражения уважения предкам – тем более, у казахов это в крови. И мы не станем здесь и сейчас спорить о том, что это надо делать несколько в другой и совершенно неполитизированной форме – мы сейчас о другом.

МАТЕРИАЛЫ ПО ТЕМЕ:

Денацификация как она есть

Несправедливая «историческая справедливость»

Напомним, что «бессмертный полк» точечно запретили в большинстве городов Казахстана, а в некоторых местах даже честно обосновали запрет возможными провокациями (правда, не уточняя, какого рода и с чьей стороны). Но незадолго до Дня Победы в Алматы вдруг переиначили. Стоит обратить внимание, что инициатором мероприятия были «воины-афганцы», а ведь, в свое время, весь мир не просто осудил вторжение СССР в Афганистан, но и дополнил это большим пакетом экономических санкций. Как отмечают аналитики, именно это стало началом конца Советского Союза. Большинство наших сограждан, особенно тех, кто «старше независимости», искренне считают «афганцев» героями, а миссию, которую они выполняли «за речкой» – интернациональной.

Понятно, что простые граждане относятся к афганской войне чаще всего с субъективной и чисто человеческой стороны. Ведь воевали и погибали наши пацаны, соседи, родственники. Среди них есть те, кто говорит, что парни не виноваты в том, что их туда послали (хотя немало было и добровольцев), но большая часть за то, что все было правильно. Примерно тоже самое сейчас наблюдается в России, когда миллионы граждан оправдывают агрессию в Украину, и в немалой степени это происходит потому что и у нашего северного соседа не прошла (да и не могла пройти) декоммунизация. Проще говоря, общество мыслит строго в рамках установленной идеологии, которая создана по образу и подобию коммунистической.

Да, эмоциональную сторону можно понять, и она имеет важное (а по нашему мнению – фундаментальное) значение в рассматриваемом нами сегодня вопросе. Однако мы в наших публикациях в большей степени рассматриваем тему с точки зрения права и юридической основы. А к роли субъективных понятий и личного отношения мы еще вернемся.

С понятием «декоммунизация» в обществе (да и в политике) еще больше неразберихи, чем с «денацификацией», которую мы недавно рассматривали. Даже некоторые юристы и политики понимают этот вопрос либо слишком узко, либо, вообще, неправильно. Странно, но многие искренне считаю, что декоммунизация – это переименование улиц и городов (возвращение старых названий или придание им новых), а также снос (перенос) памятников советской эпохи и демонтаж соответствующей символики.

На самом деле, это является лишь одним из составных частей из всего комплекса мероприятий. Оно просто является одним из самых наглядных. Однако и это должно быть обосновано с правовой точки зрения. Например, мы не знаем, по каким документам был снесен памятник Дзержинскому и куда он, в конце концов, подевался. Ведь, должен был быть принят ряд документов, чтобы произвести это действо – обосновать демонтаж памятника, исключить его из соответствующего реестра, определить, за чей счет это будет производиться и так далее. В этой процедуре должны были участвовать местные депутаты и общественные деятели.

Это же касается и других памятников. Возможно, по большинству из них и имеются соответствующие документы, учитывая, что они, в отличие от «Железного Феликса», были просто перемещены в другую часть города. Но, в любом случае, интересно было бы взглянуть на обоснование такого переноса. Впрочем, и сейчас уже понятно, что там нет ничего про «декоммунизацию» – иначе бы памятники советской эпохи и вовсе бы отправились в небытие. Другими словами, демонтаж памятников и других символов прошлого (для некоторых постсоветских стран – позапрошлого) режима должно проходить в рамках общей концепции, а иначе это лишь «смена вывесок».

В отличие от Казахстана, в некоторых других бывших советских республиках демонтаж памятников большевикам проходил именно так. Так, это происходило в прибалтийских республиках (еще в начале 90-х), а также в некоторых кавказских. Более свежий пример – с Украиной. Там все происходило сугубо в рамках закона, в соответствии с законом, запрещающим коммунистическую пропаганду, принятым в 2015 году. По нему снос символов прошлого был лишь одним из пунктов. Здесь стоит добавить, что долгое время в Южно-Казахстанской (ныне Туркестанской) области стоял памятник Сталину. Его не могли демонтировать ни после ХХ съезда, ни значительно позже по одной простой причине – скульптура была построена на деньги общины и именно она должна была дать разрешение на снос.

Как это было у других? Отметим, что в ряде стран Восточной Европы процесс декоммунизации проходил в два этапа – сначала, в 90-х, на волне эмоций и смены режима, а второй – уже в 2000-х, когда парламенты этих государств стали принимать соответствующие законы. Впрочем, второй этап в большей степени нес «закрепляющий эффект», так как 30 лет назад там было не только то, что называют «цветными революциями», но и показательные судебные процессы над коммунистическими лидерами и, в большей степени, теми, кто был причастен к репрессиям. Не все, конечно, можно было назвать законным (как, например, расстрел Чаушеску), но в целом это позволило этим странам быстро и безболезненно избавиться от груза коммунистического прошлого и начать новую жизнь. Чтобы было более понятно – просто сравните их жизнь с тем, как живут те, кто не только не избавился от прежней идеологии, но и продвигает ее и сейчас, используя другие флаги и речи (а иногда и особо их не меняя, как в Беларуси).

Здесь мы подошли к важной стороне вопроса – скажем так, к конфликту интересов, которым грозит внедрение декоммунизации, а также конфликту в обществе, который появляется даже при упоминании о ней. Подробнее об этом мы поговорим в следующий раз, а сегодняшний материал завершим еще одним сравнительным напоминанием – нет ни одной страны с коммунистической идеологией, граждане которой жили бы свободно и богато. Конечно, все относительно, но если за лекала брать общепринятые принципы, то так оно и есть. Впрочем, это немудрено – сама такая идеология не может себе позволить действительно равноправного и свободного гражданина. А если мы в каждом своем материале делаем акцент именно на права и свободы граждан, то этот аспект становится главенствующим.

Продолжение следует


Фото из открытых источников


Мирас Нурмуханбетов