Алматы

25.12.2021

Серик Примбетов: «Целиноград был третьей столицей на случай ядерной войны»

Дипломат, доктор экономических наук Серик Примбетов возглавлял центрально-азиатские организации, за что получил в свое время неофициальное звание «премьер-министра Центральной Азии». Сегодня он глубоко интересуется историей цивилизаций, является автором больших исследований старинных карт Центральной Азии, Прикаспия, Приуралья, Западной Сибири, Восточного Туркестана, Балха, Хорасана.


- Серик Достанович, как мальчишка, который родился и вырос в провинции, вчерашний рабочий, вдруг поступает в два самых престижных вуза в Советском Союзе? Сначала Нархоз в Алма-Ате, потом аспирантура в МГУ. Ведь это были годы, когда поступить и учиться в МГУ было непросто. Расскажите, из чего складывался ваш характер, откуда эти амбиции? Это влияние родителей?

- Особенных амбиций не было, я и не предполагал, что когда-то стану Чрезвычайным и Полномочным послом. Так сложилось, что в нашей семье я был самым младшим, у меня старший брат и три сестры. Меня с 5-ти лет отдали в казахскую школу. Когда я закончил второй класс, мой старший брат закончил Горный институт в Алма-Ате и уехал работать в Усть-Каменогорск.

Мы из глухого аула в Кызылординской области, у которого даже названия не было - аул №11, переехали в Усть-Каменогорск. Я приехал туда как на другую планету, все вокруг говорили только по-русски, а я ни слова не знал на этом языке. Мальчишки меня обзывали, но я был крепкий с детства - скот рано утром выгонял, вечером убирал, так что мог дать отпор.

Надо сказать, что в Восточном Казахстане, в Усть-Каменогорске были хорошие учителя, хорошие школы. Я пошел опять в 1-й класс, потому что не знал языка. Точные науки мне давались легко, а вот русская литература хромала. Когда закончил школу, мне в аттестате написали: «Примбетов Сережа», потому что я был единственный казах в школе. Брату пришлось объяснять в школе, что я не Сережа, а Серик. Исправили.

https://www.youtube.com/embed/Y8737G4qAiM


Потом брата перевели главным технологом Чимкентского фосфорного завода, и мы переехали в Чимкент. В Чимкенте я пошел работать токарем на завод пресс-автоматов, потом на завод фосфорных солей. Там я увидел высокие технологии. Чимкентский фосфорный завод был построен в ФРГ, и там производили фосфор. Там все было автоматизировано. А через четыре года мы начали все мерить…шнурами.

Раньше немцы мыли полы на всех этажах главного цеха, а потом все пришло в упадок. Сегодня этот завод разобрали и передали на металлолом. Хотя в свое время его покупали за чистую валюту! Вот такие бывают казусы.

Я вставал на работу в 4 утра, в 6 уже за станком, спать хочется, но нельзя, опасно - уснешь, болванка может слететь. Зарплата была маленькая, но ничего я дослужился до токаря 3 разряда.

Через год работы понял, что лучше учиться. Тогда был бум на экономистов, юристов, и мне посоветовали поступать в Нархоз. В том году в Нархоз был большой конкурс. Я сдал экзамены, но случился казус - мне по русскому языку поставили «неуд». Оказалось, что меня спутали с «Бримбетовой С.», Сауле. Посмотрели, что я с аула, и решили, что я не знаю русского языка. Но я настоял, чтобы мне выдали мое сочинение. Таким образом, 5 сентября я поступил в Нархоз, с приключениями. Но зато всех отправили на целину, а я поехал собирать виноград.

Закончил Нархоз с отличием, проходил практику в Научно-Исследовательском экономическом институте при Госплане Казахской ССР. Неплохо прошел практику, и они меня там оставили.

Санжар Джандосов сыграл большую роль в моей жизни

- У Санжара Оразовича Джандосова была манера ходить по кабинетам, смотреть кто чем занимается. У нас было два корпуса, и он всегда неожиданно приходил. И так получилось, что Джандосов меня пригласил к себе на работу, так я попал в НИИ при Госплане. Санжар Оразович Джандосов сыграл большую роль в моей жизни.

Второй курьезный случай – то, как я попал в МГУ. Санжар Оразович пришел неожиданно, многие занимались в этот момент другими делами - читали газеты, наводили марафет. А я сидел и читал эконометрику. Он мне: «И давно читаешь?». В результате - он объявил некоторым коллегам выговор, а меня отправил в Москву на практику в Научно-исследовательский экономический институт. Там оказался хороший коллектив. Мои руководители потом стали видными академиками. Я у них работал по Союзной тематике, мы составляли эконометрические модели для разных вариантов развития экономики.

Тогда еще не было компьютеров, а были ЭВМ, которые занимали несколько комнат, информацию записывали на перфокарты. Работали часто по ночам. Я так работал полгода, и они мне предложили поступать в аспирантуру.

Я сдавал французский язык, политэкономику, пришлось зубрить четыре тома «Капитала». Поступил. Я уже был женат, так что пришлось подрабатывать. Подрабатывал ночным дежурным в общежитии МГУ.

Все казахи, которые приезжали в Москву, останавливались в моей семиместной комнате в общежитии. Так я познакомился с будущими дипломатами. Видел, как они учат языки - с 6 утра уже были в наушниках и зубрили язык.

Большие люди бывают скромными

- У меня всегда на первом этапе бывают невезухи. В 1975 году я заканчивал аспирантуру, должен был защититься. Тогда было не так как сегодня - надо было на машинке печатать, отдавать руководителю, тот все исчеркает на листах, и кинет тебе. Потом опять перепечатываешь все листы. И так три-четыре раза.

Я защищался по теории производственных функций, составлял тригонометрические модели сельского хозяйства СССР. Но в это время поменяли статус ВАК, пришлось до защиты ждать еще полгода. Но потом защитился, причем у известных ученых - у академика Тиграна Сергеевича Хачатурова.

С ним была потом такая история. Я летел в Москву вместе с ним в одном самолете. Тиграна Сергеевича пригласил в Академию наук Динмухамед Ахметович Кунаев. В Алма-Ате в аэропорту его встречали на чайке, и представили ему сопровождающего. А он - не надо мне его, тут есть аспирант Серик. Так я три дня показывал академику Хачатурову Алма-Ату - Медео, окрестности города. Он был очень доволен.

Большие люди всегда бывают скромными - Тигран Сергеевич отказывался от застолий, ему хватало чашечки чая и кусочка хлеба. У него была всегда с собой такая старая потертая сумка, но зато он был известным на весь мир ученым, занимался эффективностью капитальных вложений.

Целиноград был третьей столицей на запас на случай ядерной войны

- Серик Достанович, получается у вас было два пути - либо уйти в большую науку, либо - в политику?

- Нет, я всегда был в большой науке. Я защитился, потом 15 лет проработал при Госплане. Прошел путь от младшего научного работника до завотделом. Тогда шутили - МНС - малонужный научный сотрудник, СНС - совсем ненужный научный сотрудник.

Я занимался закрытыми разработками - теперь об этом можно говорить - экономики Казахстана в особый период. Тогда же строили бомбоубежища. Я работал по теме - как будет развиваться экономика в период ракетно-ядерной войны. В Казахстане было 67 ракетных установок. Большой арсенал.

К примеру, если разбомбят свинцовый завод в Чимкенте, ты должен работать в Усть-Каменогорске.

Кстати, Целиноград был третьей столицей на запас на случай ядерной войны. В свое время Хрущев там хотел создать Целинный нархоз, потому что здесь были все союзные узлы связи, через него проходили железнодорожные и автомобильные пути сообщения.

Мы напрямую работали с Москвой, с 10-м закрытым этажом Госплана СССР, который находился в Филях. Я помню мы приезжали на какие-то сборы, и в зале находилось 200 полковников, и несколько штатских.

- У вас было военное звание?

- Я рядовой. Военные называли нас «вшивй интеллигенцией», потому что мы не умели пить водку. А они все были ракетчики, работали в тайге, так что пили много водки и закусывали хлебом и колбасой. Это было начало 1980-х годов.

- Вы ощущали, что Союз идет к распаду?

- Нет, в то время, наоборот, мы старались создать ракетно-ядерный щит. Все установки были в Сибири. Все детали для судостроения изготавливались в Узбекистане, отправляли их во Владивосток. Работали, это же была Империя.

А теперь, когда встречались с американскими ЦРУ-шниками, выясняется, что они все знали. Говорят, над тайгой летали их самолеты-разведчики, и по тепловизору определяли место локации установок.

В 1988 году в связи с декабрьскими событиями у нас начали возникать конфликты, и я ушел в Обком партии. В партию научных работников мало принимали, надо было 3-4 рабочих сначала принять, и одного интеллигента. В 1991 году Союз и партия распались, так что я мало был в партии.

Но если вернуться к вашему вопросу о том, чувствовали ли мы распад Союза, когда я работал у академика Анчишкина, у нас были кулуарные беседы, и он тогда еще говорил, что сельское хозяйство Советского Союза - это то болото, из которого он не выйдет. Его прогнозы уже тогда были не очень хорошими.

- Вы думаете, распад СССР - это воля политических лидеров?

- Еще и экономика хромала. Хотя, если сравнивать два строя, то в СССР была социальная защищенность. И, конечно, человеческие ценности.

- Вы считаете, мы сильно ментально отличаемся от советских людей?

- Да, многие люди стали меркантильными. Все измеряется деньгами, мало кто читает книги. Я люблю взять книгу в руки. У меня в домашней библиотеке Пушкин. Байрон, Баратынский. Была радость купить новую книгу. Сдавали для этого макулатуру.

Меня наградили 55-ю томами сочинений Ленина

- Вы всегда занимали руководящие посты. И распад СССР в этом смысле вам не помешал. Вы начали работать в Гостелерадио. Как говорил Ленин - важно занять телеграф и почту. Так и вы, занимали ключевые позиции.

- В студенческое время я стал лауреатом всесоюзных студенческих работ. Я получил первую премию в виде первых 10 томов сочинений Ленина, и добавили, что остальные 45 томов я заберу позже. Так что в моей комнате в общежитии было 55 томов сочинений Ленина. Ко мне приходили со всего общежития, когда надо было сдавать историю партии. Много использовал из Ленина, когда сдавал кандидатский минимум. Пригодился. Сегодня у меня остался только один том, а остальные исчезли.

Сейчас многие ругают Ленина, но, те кто написал хотя бы 10 страниц текста, оценят, что такое писать 55 томов книг. Почерк Ленина был особый. У него и экономические, и философские знания. Я считаю, Ленин - титан.

Если ты хочешь какую-то вещь узнать из политической жизни СССР - надо читать Сталина, если хочешь узнать глубину - то Ленина. Если другие аспекты - читай Троцкого или Бухарина.

Привет, премьер-министр Центральной Азии!

- Серик Достанович, вас за глаза называли премьер-министром Центральной Азии. Вы действительно долгое время возглавляли региональные структуры.

- Гани Есенгельдиевич Касымов любил шутить при встрече: «Привет, премьер-министр Центральной Азии!».

После распада СССР я случайно попал на Гостелерадио. Везде был развал. А потом ушел оттуда, стал первым замом отдела СНГ Аппарата президента и кабинета министров Республики Казахстан. Это был 1992 год. Начался раздел имущества, валюты. Я ездил с одной закрытой миссией в Туркменистан. Туркмены первыми ввели свою валюту. У меня до сих пор хранится 10 манатов.

Олег Николаевич Сосковец был первым зампремьера СНГ, он пригласил меня в новый отдел. Мы первыми создали центральноазиатское экономическое сообщество. Три президента подписали этот документ.

Это была идея Нурсултана Абишевича Назарбаева.

P.S.: Далее в интервью Примбетовым: о работе центральноазиатского экономического сообщества, о работе Чрезвычайным и Полномочным послом в Азербайджане, о роли Олжаса Сулейменова в урегулировании конфликта в Нагорном Карабахе.

Полную версию интервью с Сериком Примбетовым смотрите на: Программа «Astana Embassy». Сезон 1. Интервью с С.Д.Примбетовым


Ботагоз Сейдахметова

Первой убивают правду

Ботагоз Сейдахметова