Алматы

26.05.2021

Повелитель «робинзонов»


Не надо быть Робинзоном Крузо, чтобы оказаться на необитаемом острове. Достаточно ощутить, что именно там и находишься. Всем нам предложено это сделать. Или даже вменено в обязанность. Пандемией короновируса, социальными обязательствами, личной безопасностью. Всем нам, а Мы – это Мир. Как в клипе Майкла Джексона «We Are The World».

Да, мы дети этого Мира, и также как в детстве, мы должны восхититься мужеством и стойкостью Робинзона, поскольку каждый из нас в той или иной мере таковым и является сегодня. И так же как литературный герой романа Даниеля Дефо, нам следует оглядеться, понять и смириться со своим новым положением. И вспомнить, что Робинзон Крузо, оказавшись на необитаемом острове и поняв, что помощи ждать бесполезно, стал бороться с приступом тоски и депрессии следующим образом. Расчертил лист бумаги ровно посередине, на графы: «хорошо» и «плохо». И стал вписывать, соответственно, позитивные и негативные стороны своего существования на острове посреди океана. Да, он совершенно один, да, но он не погиб, как другие матросы. Далее, как говорится, по тексту – перечитайте-прочтите и попытайтесь сделать то же самое. Но только предельно честно. Кого стесняться? Нет вокруг никого. Это действительно надо почувствовать. И прочувствовать. Как Робинзон.

Как и другие «робинзоны», к примеру, из аллегорического романа Уильяма Голдинга «Повелитель мух». В котором описана похожая история: в результате военного конфликта на необитаемом острове оказалась группа детей. Их эвакуационный авиалайнер был сбит и вот теперь они должны выживать, как могут. Мальчики разных возрастов, по большей части – тинейджеры, и все они – «мы – это мир, мы – это дети». И Голдинг живописует аллегорию маленькой модели человечества с его зарождением, развитием и трансформацией на пути к неизбежному самоуничтожению. На острове («Утопия»?) сначала все развивалось по жизнеутверждающему, позитивному сценарию. Произошла самоорганизация, на общем собрании пока еще единого «племени» были созданы группы: кто – на «хозяйстве», кто – за плодами, кто – за дровами. Отряд охотников стал заниматься охотой на диких свиней и был наиболее сплочен: он состоял из церковных хористов, которые спелись-сдружились еще на «большой земле».

Поначалу казалось, что все идет, как и должно: мальчики весело играют в бой-скаутов в летнем лагере, все заняты делом, помогают друг другу выживать и не терять надежду на спасение.

Далее, как и в человеческой общине, особенно в закрытых социальных системах, энтропия – как мера нарастания хаоса – начинает движение по восходящей. Ну, все как у людей, пусть и маленьких еще. Избранный формальный лидер, почти сразу входит в конфликт со своим антиподом – неформальным лидером в лице командира отряда охотников. И первоначальная общность товарищей по несчастью раскалывается на мелкие фракции. Которые в поисках безопасности переходят в «племя» охотников. Те более агрессивны и организованы в своем противостоянии внешней угрозе. А она темна и пугающе не оформлена в конкретный ужас. Дело в том, что с первых же дней на острове мальчишки видят «нечто» в ветвях дерева на горе. И это нечто то вздувается над кроной, то опадает, чтобы вновь продолжить жуткий танец пляшущего белого пузыря. Им невдомек, что это купол парашюта погибшего летчика, труп которого застрял там, и не просматривается в листве. Но они с первозданной наивностью одичавших людей назначают это «нечто» повелителем темных сил этих мест. И как водится, начинают задабривать его жертвенными дарами. Это – свиная голова, надетая на кол, как символ удачной охоты и как дань мистическим силам, дарующим такую добычу. Голова свиньи облеплена мухами и вокруг нее совершаются уже ритуальные пляски во славу «Повелителя мух». Кстати, мальчонкам невдомек, что именно так в переводе с древнееврейского, обозначалось имя языческого бога – Вельзевул. Но ими он возведен в ранг тотема, охраняющего всех от «зверя» на горе и выходящего из моря. Словом, от «зверя» трех стихий, являющегося в лагерь мальчишек ночными кошмарами неоязычников. Позже один мальчуган предположит, что возможно, «зверь это мы сами». Но это прозрение станет результатом конфликта лидеров, приведшего к кровопролитию и жертвам. Избранного лидера загоняют и пытаются «выкурить» из зарослей и вот уже весь остров охвачен финальным пожаром. Этот дым замечен с военного корабля, и морской офицер стоит на берегу с ватагой расплакавшихся мальчишек и пытается понять, во что они тут играли...

Теперь давайте сравним две истории «робинзониады»: изначального Робинзона Крузо и маленьких «робинзонов». Сюжет Робинзона не мог разворачиваться иначе – он всецело посвящен одному человеку, его борьбе за жизнь на необитаемом острове. Во втором же сюжете остров населен общиной, как некой маленькой моделью государства. И борется оно за выживание по большей части с самим же собой, придумав себе «зверя». А Робинзон Крузо противостоит силам природы, настоящим угрозам со стороны людоедов и пиратов. И выходит победителем в бою прежде всего со своей неуверенностью в победе. Маленькие же «робинзоны», наоборот, верят в то, что все они делают правильно, поскольку дары их Повелителю принесены, а значит, их ждет удача в выживании любой ценой. Закономерно перерастающее в охоту на себе подобных, но ведь это проявление образа «зверя», а охотиться на него необходимо, иначе он сожрет всех, являясь нежитью и порождением тьмы.

Что это: возвращение к первобытному сознанию, которое имманентно присутствует в разуме современного человека? Как некое регуляторное свойство нашей психики, настроенной всегда на запуск механизма действий в экстремальной ситуации, по типу «бей или беги». А если бежать некуда – «твой остров имеет границы» – то тогда остается… Вглядимся.

Прежде всего, в личность автора «Робинзона Крузо». Здесь к месту будет привычная стилистика «информации к размышлению». Даниель Дефо – урожденный Даниель Фо – до того, как стать писателем, прожил бурную жизнь авантюриста, путешественника, афериста и просто… шпиона. Именно он стоял у истоков британской разведки и контрразведки. При этом успел посидеть и в тюрьме, и в плену у пиратов-мусульман. Словом, носило его по штормовому морю жизни, пока не сел он за письменный стол и не увековечил своего Робинзона, буквально за каких-то два месяца. Да, богатый жизненный опыт был хорошим подспорьем, однако…

Однако. Скорее всего, в трудные периоды судьбы Дефо приходилось, как и герою его романа, расчерчивать листы на графы «хорошо» и «плохо». И это нашло свое отражение в тексте, высвечивая те стороны личности автора, которые вроде не видны, но всегда проявлены более насыщенным контуром на темной стороне характера. К примеру, страдая от одиночества, Робинзон вспоминает мальчика Ксури, с которым ему пришлось делить тяготы одного из путешествий и подружиться, деля с ним хлеб испытаний. Но нет в этом никаких сантиментов, лишь сожаление о том, что вот бы сейчас пригодился Ксури, как еще одна пара рабочих рук… не продай он тогда своего друга в рабство. Причем спокойно и расчетливо, как и приличествует белому человеку. Который теперь рассматривает «свой» необитаемый остров, как некое владение английского лорда. Продолжим вглядываться…

«Пятница». Робинзон так назовет своего нового друга, которого он обрел именно пятничным днем. Да, именно в пятницу, в день коллективного намаза, а ни в какой другой день недели. Именно так, возможно, проявился в фантазии Дефо-писателя плен у пиратов-мусульман. И во многом Дефо-контрразведчик глянул оракульским взором на демографическое положение дел на европейском континенте. Это когда его родной город полушутя, но и полусерьезно называют сегодня - «Лондонабад», поскольку многочисленна исламская община горожан, а мэром стал мусульманин пакистанского происхождения. Но не в этом гениальность прогноза Дефо, а в том, что сюжет «Робинзона Крузо» получит свое развитие в «Повелителе мух» Голдинга, в не менее гениальном резюмирующем эпилоге европейской «книги жизни». «Бремя белых», людей «приручавших» Пятниц и торговавших Ксури, заканчивается финальной охотой на легитимно избранных лидеров. Новые «младоробинзоны» гонят их по сжимающемуся пространству международных правил и норм. Не нужны теперь стали все эти лидеры-диктаторы, которым только дай волю, так они начинают работать на узкие интересы своих уделов-государств, не забывая и про собственные карманы. Где исчезает то, что должно принадлежать всем, вернее – всему… Капиталу транснациональных корпораций вообще. Тому самому, вздувающемуся над миром финансовому «пузырю», который становится Повелителем для «новых охотников». Радикалов, старающихся избавиться от «зверя» в самих себе, принося жертву в виде головы запретной свиньи, когда остальная туша уже съедена, поскольку по негласной договоренности была нафарширована некой «зеленью».

Так кто же они, эти самые Повелители «мук»… рождения обновленной реальности? Той самой, в которой «радикальные робинзоны» призваны «загнать» в конце-то концов демократично избранных лидеров на кромку берега стертых границ пространств глобализации. И где им предстоит уповать только на встречу с неким… подполковником или полковником? В смысле «капитаном первого ранга». Но все это, конечно же, на острове «Утопия», вы же понимаете…

…В отличие от тех, кто понимать не собирается или просто не готов понять и принять тот факт, что объединенный Запад становится «обедненным» по части призыва в свое легитимное «племя». И это в тот исторический момент, когда противостоять Западу будет «племя Пятницы», поддержанное наследниками обиды Ксури, а над всем этим – Повелитель «робинзонов».


Ельдес Сейткемел

Редакция


Елтай Давленов

Нур-Султан


Полат Джамалов

Президент московского фонда «Казахская диаспора»


Серік Ерғали

Нур-Султан


Марат Исабаев

Алматинская область