В последние годы Казахстан прочно ассоциируется с реформами, причем, не только в самой стране, но и за ее пределами — об этом говорят многие зарубежные наблюдатели и высокие гости. Но парадокс в том, что чем правильнее и масштабнее становятся эти реформы и формулировки к ним, тем чаще в части общества возникает ощущение оторванности. Создается впечатление, будто государство говорит о будущем, а люди продолжают жить в настоящем, со своими счетами, тревогами и ощущением нестабильности. Давайте разберемся, что здесь не так.
МАТЕРИАЛЫ ПО ТЕМЕ:
Провокациям здесь не место: когда критика выходит за рамки
Как новая Конституция укрепит независимость
Проект Конституции РК: переход в новую реальность
Между лозунгами и обществом
Для начала отметим: президент Касым-Жомарт Токаев не раз подчеркивал, что реформы проводятся не ради отчетов, а ради конкретного улучшения качества жизни граждан. Концепция «слышащего государства», о которой он говорил еще в начале своего президентства, как раз и предполагала устранение дистанции между решениями власти и реальными запросами общества. Однако на практике этот разрыв все еще ощущается, и именно он сегодня становится одной из ключевых, хотя и не всегда проговариваемых проблем. Можно, конечно, сказать, что большинство казахстанцев поддерживает реформы, ощущая на себе их действие, но нельзя игнорировать и пессимистично настроенных наших сограждан.
Здесь важно сразу расставить акценты. Речь не о том, что государство движется «не туда». Во многих решениях есть логика, расчет и стратегическое мышление. Проблема, на наш взгляд, заключается в, скажем так, разных временных горизонтах. Действительно, государство по своей природе обязано мыслить на годы вперед, учитывая демографию, инфраструктуру, устойчивость бюджета, взятые на себя социальные обязательства и, конечно же, геополитику. Общество же живет в режиме «здесь и сейчас». Для него показатели роста ВВП или долгосрочные цели до 2035 (или любого другого) года нередко кажутся абстрактными и часто проигрывают по значимости ценам на продукты, коммунальным тарифам, доступности медицины и уверенности в завтрашнем дне.
Президент в одном из своих выступлений прямо говорил, что любая реформа теряет смысл, если граждане не ощущают ее результатов в повседневной жизни. Это, по сути, признание на самом высоком уровне ключевого риска, согласно которому между стратегией и человеком образуется «пустота», быстро заполняющаяся недоверием, слухами и раздражением.
Слабое сопровождение?
Многие социологи и политологи признают, что большинство современных казахстанских реформ страдает не от неверных целей, а от слабого и иногда недостаточно продуманного сопровождения. Они запускаются вполне корректно, но по дороге к простым людям теряются в инструкциях, регламентах, нестыковках между ведомствами и, главное, в отсутствии внятного объяснения. Не всегда, конечно, но, как говорится, отдельные примеры могут испортить общую картину. Ведь известно, что к хорошему люди привыкают быстро, считая это само собой разумеющимся, а вот недостатки играют роль ложки дегтя в бочке меда.
Известный политолог и депутат мажилиса Айдос Сарым не раз отмечал, что у нас часто недооценивают значение коммуникации, и государство считает, что если решение принято, то оно автоматически будет понято и принято обществом. Но в реальности между принятием решения и его восприятием лежит огромная дистанция. Это, вроде бы, проговаривается даже на высоких трибунах, в том числе и парламентской, но нередко остается просто словами.
Самим же казахстанцам важно не только «что» делается, но и «почему», «как именно» и «что это даст лично мне». Без ответов на эти вопросы даже разумные реформы воспринимаются как очередной эксперимент над населением. Справедливости ради отметим, что в последнее время стало больше площадок, на которых власть и общество налаживает открытый диалог (в основном, под эгидой министерства культуры и информации), но этого явно не хватает.
Поэтому «обратная связь» продолжает оставаться чувствительной «болевой точкой». При этом отметим, что вина здесь не только на государственных органах, которые «не сумели донести», но и на самом обществе, а точнее — на отдельных его представителях, которые не верят власти только потому, что в них засел вирус критиканства. Но на этот раз мы не станем много времени уделять критике населения — пусть оно тоже думает и учится разбираться в «лидерах общественного мнения».
Сейчас же мы хотели акцентировать внимание на том, как проблема должна решаться сверху. Напомним еще раз, Токаев неоднократно подчеркивал, что государственный аппарат должен учиться слышать не только удобные, но и критические голоса. Однако «слышать», по идее, это не только реагировать на резонансные кейсы, но и улавливать тихие, массовые сигналы, а именно рост бытового недовольства, усталость от неопределенности, ощущение социальной уязвимости. Следует признать, что иногда власти реагируют на это, но почему-то путем запретов, штрафов и недвусмысленных предупреждений.
В этом плане проблема заключается в том, что такие сигналы редко доходят до уровня, где принимаются настоящие решения. А если доходят, то зачастую уже в искаженной форме, через отчеты и обобщенные формулировки. Ведь власти на местах (по привычке или по каким-то еще выгодным для себя причинам) стремятся показать красивую картинку, оптимистичные доклады и так далее.
Что делать?
Как обычно, мы не только критикуем и вскрываем проблемы, но и подсказываем решения (а как же иначе?). Исходя из этого, хотелось бы обратить внимание на еще один парадокс — в стране, где говорят о масштабных трансформациях, все чаще не хватает именно малых, точечных решений. Не тех, что красиво выглядят в тех же презентациях для населения и отчетах наверх, а тех, которые быстро и ощутимо улучшают повседневную жизнь.
Повторимся, это не отменяет стратегий и реформ. Напротив, они начинают работать именно тогда, когда подкреплены конкретными, понятными шагами на уровне районов, городов, конкретных сфер. Там, где человек может сказать: «Да, стало удобнее», «Да, здесь действительно учли наши интересы». В этом плане большим (да и малым) чиновникам нужно спуститься от официоза до уровня простого потребителя государственных услуг, понимая, что может его порадовать, улучшить его повседневную жизнь здесь и сейчас.
Поверьте, когда будешь слышать довольные отзывы о том, как стало легче после, например, внедрения цифровизации в тех или иных сферах, то можно будет услышать и о пока еще нерешенных проблемах. Услышать и сделать выводы, а не думать над тем, как бы их сгладить в строках очередного доклада наверх. То есть, тут важно банальное правило «быть ближе к народу», и это должно быть не простым лозунгом, а побуждением к действию.
Можно было бы, конечно, еще много написать о том, как и что делать чиновникам на местах, но в целом надо исходить из понимания, что сегодняшний разрыв между государством и обществом не является конфликтом и даже не кризисом доверия в классическом смысле, хотя об этом говорят и некоторые политологи вместе с социологами. Тут, скорее, дело в так называемой рассинхронизации. Проще говоря, государство мыслит будущим, общество живет настоящим, и между ними не всегда выстроен надежный мост.
И обществу, и чиновникам надо понимать, что сильное государство — это не то, которое всегда право, а то, которое умеет корректировать курс, не дожидаясь социального напряжения. С другой стороны, зрелое общество — не то, которое постоянно возмущается, а то, которое умеет формулировать запрос и участвовать в его обсуждении. И если такой диалог будет построен не на лозунгах и настаивании на своих принципах, а в режиме доверия и (что наиболее важно на данный момент) объяснений, то практически все реформы, которые сегодня воспринимаются настороженно, завтра станут частью повседневной нормы.
Фото из открытых источников
