65,8% казахстанцев уверены, что могут рассчитывать на моральную поддержку родственников или знакомых. Еще 73% положительно оценивают свое будущее или ожидают улучшений. На первый взгляд, перед нами обычные показатели социального самочувствия. Но первая цифра говорит о ресурсе, который почти невозможно увидеть в экономической статистике: насколько человек включен в сеть отношений, способную поддержать его в сложной ситуации.
МАТЕРИАЛЫ ПО ТЕМЕ:
Норма поведения: в Казахстане заделывают «разбитые окна»
Конкурентоспособное единство. Фундамент глобального успеха
Механизм политической социализации
Важно сразу провести границу. 65,8% не означают, что столько же граждан доверяют государству, обществу или незнакомым людям. Исследование измеряет гораздо более близкий круг — родственников и знакомых. Именно поэтому показатель интересен аналитически. Он позволяет увидеть силу того, что социологи называют социальным капиталом, но одновременно показывает его ограничение.
Сильная семья еще не означает сильного общества
Социальный капитал часто воспринимают как простое наличие хороших отношений между людьми. На самом деле у него как минимум два уровня.
Первый можно назвать капиталом близкого круга. Это семья, родственники, друзья, люди, к которым можно обратиться за помощью. Такие связи особенно важны во время болезни, потери работы, переезда или другой личной проблемы. Они снижают нагрузку на самого человека и позволяют быстрее переживать кризис.
Для Казахстана этот уровень традиционно значим. Однако исследование КИСИ показывает важную обратную сторону: около 10% опрошенных имеют только одного близкого родственника или вообще не имеют родственников, с которыми поддерживают тесные отношения.
Эта цифра аналитически даже интереснее среднего показателя поддержки. Если большинство включено в развитые семейные сети, то меньшая группа оказывается значительно уязвимее именно потому, что привычный для общества механизм взаимопомощи для нее работает слабее.
Получается парадокс. Чем сильнее общество рассчитывает на семью как на основной источник поддержки, тем болезненнее положение человека, у которого такой сети нет.
Поэтому высокая роль родственных связей одновременно является ресурсом и потенциальной зоной риска.
Второй уровень социального капитала сложнее. Это способность взаимодействовать с людьми за пределами собственного круга: соседями, коллегами, жителями одного района, представителями других поколений и социальных групп.
И именно здесь начинается переход от личной устойчивости к общественной.
Семья может помочь конкретному человеку пережить трудность. Но для устойчивости города или страны недостаточно, чтобы каждый был связан только со своими родственниками. Необходимы горизонтальные связи между разными группами общества.
Иначе возникает множество крепких маленьких сообществ, которые хорошо поддерживают своих, но слабо взаимодействуют между собой.
Почему связи становятся ресурсом в кризис
Общественная устойчивость особенно хорошо проявляется в ситуации неопределенности.
Если происходит чрезвычайная ситуация, экономический спад или локальная проблема, государство обеспечивает институциональную часть реакции: спасательные службы, социальные выплаты, медицину, инфраструктуру. Но между государственным решением и конкретным человеком почти всегда возникает пространство, которое заполняют обычные социальные связи.
Кто поможет пожилому соседу?
Кто временно присмотрит за ребенком?
Кто сообщит человеку информацию, которую он не увидел в официальном канале?
Кто объединит жителей одного дома вокруг общей проблемы?
В такой ситуации сеть отношений фактически сокращает расстояние между формальной системой помощи и человеком.
Именно поэтому социальный капитал можно сравнить с инфраструктурой. Только вместо дорог или линий связи здесь работают отношения между людьми.
Разница в том, что государство может построить мост, но не может административным решением создать доверие между соседями.
Оно может лишь формировать среду, в которой такие связи появляются чаще: общественные пространства, школы, университеты, спортивные секции, волонтерские проекты, местные инициативы.
Отсюда становится понятнее и связь с предыдущим материалом о Бюджете народного участия. Чтобы жители смогли вместе выбрать проект для своего района, одного цифрового голосования недостаточно. Необходим минимальный уровень готовности признать существование общего интереса.
Социальный капитал возникает именно в этой точке: когда человек способен выйти за пределы формулы «мне нужно» и обсуждать вопрос «что нужно нам».
Единство не означает одинаковость
Эта мысль важна и для понимания общественного единства.
Единство иногда ошибочно воспринимается как отсутствие разногласий. Но общество, состоящее из миллионов людей, не может быть единым потому, что все одинаково оценивают события, имеют одинаковые интересы или придерживаются одинаковых взглядов.
Более реалистичный критерий – способность сотрудничать несмотря на различия. Поэтому высокий уровень семейной поддержки еще нельзя автоматически считать показателем общественного единства. Это только фундамент. Настоящая устойчивость возникает тогда, когда доверие начинает выходить за пределы семьи и распространяется на взаимодействие между людьми, которые не связаны родственными отношениями.
Именно здесь становится важным различие между так называемым связывающим и объединяющим социальным капиталом.
Первый укрепляет отношения внутри группы.
Второй создает связи между группами.
Обществу нужны оба.
Если слаб первый, человек оказывается одиноким и уязвимым. Если слаб второй, общество может распадаться на отдельные закрытые круги, каждый из которых хорошо организован внутри, но плохо взаимодействует с остальными.
В этом контексте 65,8% казахстанцев, уверенных в поддержке близких, показывают достаточно сильный базовый ресурс. Но следующий вопрос гораздо сложнее: насколько эти отношения способны превращаться в сотрудничество за пределами родственного круга?
Именно этот переход определяет качество общественного единства.
Показатель в 73% респондентов, положительно оценивающих будущее, также нельзя напрямую объяснять социальными связями. Между двумя цифрами нет доказанной причинной зависимости. На ожидания человека влияют доходы, работа, здоровье, безопасность и множество других факторов.
Но чувство включенности в общество является частью общей картины. Человек воспринимает будущее иначе, если знает, что в случае трудности ему есть к кому обратиться. И здесь появляется связь с патриотизмом. Патриотизм – это не только эмоциональное отношение к государству, истории или национальным символам. На повседневном уровне он проявляется через способность видеть в людях вокруг не просто незнакомцев, а участников общего пространства.
Сосед, коллега, волонтер, житель другого района могут не входить в близкий круг человека. Но именно через взаимодействие с ними возникает ощущение общества как чего-то большего, чем сумма отдельных семей. Поэтому социальные связи становятся ресурсом устойчивости не потому, что устраняют кризисы или заменяют государственные институты. Их функция другая. Они уменьшают социальную дистанцию между человеком и окружающей средой, ускоряют взаимопомощь и создают способность действовать совместно там, где индивидуального ресурса недостаточно.
Сильное общество в таком понимании отличается не отсутствием проблем. Оно отличается количеством связей, которые продолжают работать, когда проблемы появляются.
И поэтому вопрос «На кого можно опереться?» в конечном счете касается не только отдельного человека.
Ответ на него многое говорит и об устойчивости всей страны.
Фото из открытых источников