Общество

Олигархи Верного. Жизнь и судьба

Константин Козлов

22.08.2023

Проходя по проспекту Жибек Жолы многие останавливают свой взор на магазине «Кызыл Тан». Даже среди редко сохранившейся дореволюционной застройки Алматы он выделяется особым шиком. Мало кто знает, впрочем, о причудливой судьбе магазина (к слову, старейшего в городе) и о судьбе его первых хозяев.

Началась история восхождения Исхака Габдулвалиева к вершинам богатства и влиятельности. На рубеже 30-х, 40-х годов, когда в одном из татарских сел в простой семье родился мальчик Исхак. Проучившись в медресе, он, как говорили тогда отправился в люди. Поработав на посылках у купцов, на Ирбитской ярмарке, он неожиданно разбогател. Как разбогател Исхак Гадбулвалиев – и до сих пор остается загадкой. Некоторые высказывают предположение, что его капиталы были заработаны, не совсем честным путем.

Как бы то ни было, в 1878 году Исхак Габдулвалиев появляется в Верном человеком с весьма неплохим состоянием. И тут же начинает скупать земельные участки. Самый сочный участок, который прикупил Исхак располагался, в самом центре Алматы – примерно там же где сейчас и стоит Кызыл Тан. Здесь по сей день сохранились дома, некогда принадлежавшие его торговой империи. Правда, они не раз перестраивались и обшивались безобразным сайдингом. Но по резным крышам и ставням все-таки еще можно определить их настоящий возраст.

Семья Габдулвалиевых была крепкой и очень дружной. У Исхака было девять детей – пять сыновей и четыре дочери. Но самыми деловитыми и приближенными к делу отца были два старших сына – Юсуф и Кутдус. К 1895 году Исхак Габдулвалиев стал владельцем усадебного места №441 на углу Торговой и Училищной (ныне Жибек жолы – Валиханова). Именно здесь и будет возведен магазин, который станет одним из центральных торговых точек Верного, а в советские времена навсегда получит свое нарицательное имя «Кызыл Тан».

Работу по сооружению нового магазина Габдулвалиев заказал главному архитектору Верного Полю (а точнее Павлу Васильевичу) Гурдэ. Однако отношения между заказчиком и архитектором складывались, мягко говоря, непросто. Надо сказать, что свою работу Гурдэ выполнил исключительно по уговору. Никаких письменных и документальных соглашений не составлялось, посему Габдулвалиев решил «сэкономить» на архитекторе, заплатив ему всего 100 рублей. Сумма по тем временам хоть и немаленькая, но явно мизерная для гонорара маститого архитектора. Судебных тяжб тогда устраивать не стали, но осадок явно остался, и Павел Васильевич затаил на купца серьезную обиду.

А когда через некоторое время Габдулвалиев затеял строительство второго магазина, Гурдэ как главный архитектор города категорически отказал ему в выделении земельного участка. Выяснение отношений дошло практически до драк и оскорблений, причем чтобы откреститься от обвинений в оскорблении городского архитектора, Габдулвалиев ссылался на алкогольное опьянение и тяжелую депрессию. В те времена это считалось смягчающим обстоятельством. Рассмотрение дела дошло до правительствующего сената.

Но обошлись соломоновым решением – Габдулвалиев доплатил Гурдэ своего рода компенсацию, а тот разрешил построить ему другие помещения на выбранном участке. Косвенным последствием этой ссоры стала перестройка здания магазина в 1912 году архитектором Андреем Зенковым. Собственно, тогда здание и приобрело знакомый нам вид.

Впрочем, на состоянии Габдулвалиева эти тяжбы никак не сказались. Город Верный в те годы рос и активно развивался, поэтому заниматься торговлей в этом городе было делом очень перспективным. И как только в городе появился магазин под названием «Торговый дом Исхак Габдулвалиев и сыновья» сюда потянулся весь город.

Этот магазин был одним из самых лучших продовольственных в городе. Кроме того, здесь торговали галантерейными и трикотажными товарами, сувенирами и изделиями из золота. По сути, это был прообраз современных гипермаркетов. Здесь отоваривался весь город, а работать в этом магазине считалось невероятной карьерной удачей. Об этом магазине упоминает в своих мемуарах и Динмухамед Кунаев – ведь его отец Минлиахмед был управляющим этого магазина.

Благодаря этому магазину Габдулвалиев сколотил неплохое состояние. Он открыл несколько магазинов по всему Казахстану, а бизнес у него был в нескольких городах Российской империи: Москве, Петербурге, Киеве, Одессе и даже за рубежом – в Стамбуле. К 1911 году разрослись и бизнес, и семья Габдулвалиевых. Главенствующую роль в бизнесе стали играть сыновья Исхака – Юсуф и Кутдус.

Кутдусу Габдулвалиеву, в частности, принадлежало знаменитое двухэтажное здание с пузатой крышей на пересечении улиц Макатаева и Тулебаева. Историки так до сих пор и не могут определиться что же было в этом здании: фамильный особняк Габдулвалиевых, доходный дом, магазин или банк. Также неизвестно кто это здание построил: одни говорят, что это Андрей Зенков. Ведь к тому времени он перестроил магазин Исхака в тот, вид, который он имеет до сих пор. Другие считают, что построил его малоизвестный архитектор по фамилии Ядрович.

Так или иначе, но одно сказать можно – мало кто из купцов мог себе позволить построить такое роскошное двухэтажное здание в почти целиком одноэтажном Верном. В те годы наличие второго этажа в частных строениях облагалось дополнительным налогом. Но Габдулвалиевы в те годы были уже вполне состоятельными и могли позволить себе такую роскошь.

Казалось бы, живи и радуйся, развивай свой бизнес и наслаждайся богатством. Но… Как это часто бывает с богатыми людьми, их часто тянет в политику. Все дело в том, что Исхак Габдулвалиев помимо коммерческой деятельности занимался еще и филантропией. Так, при его активном участии в городе создавались дискуссионные общества с крамольным идеологическим уклоном.

В те годы умами тюркоязычной молодежи владели идеи панисламизма и пантюркизма – идеи объединения всех тюркских народов в единое супергосударство. Тюркоязычная интеллигенция зачитывалась трудами Исмаила Гаспринского. И хотя для властей Российской империи подобные идеи всегда были крамольными, до поры до времени на них смотрели сквозь пальцы. Но наступил 1914 год. Российская и Османская империи вновь оказались по разные линии фронта. Кутдус Габдулвалиев, средний сын Исхака и хозяин этого дома был пламенным пантюркистом и воевать против Турции не желал. А по законам военного времени он подлежал призыву в русскую армию.

По рассказам историка Александра Воронова, Кутдус и его старший брат Юсуф решили откосить. Но этот номер не прошел – обоих забрали в армию. Кутдус сделал ход конем – поехал в Москву и в тамошнем госпитале прошел экспертизу и получил диагноз гайморит и лечение на год. Но проверяющие не смогли разобрать подписи ни одного из врачей и, разумеется, пришли к выводу, что документы – липа. Юсуф к тому времени уехал в Кульджу, и следы его затерялись. Кутдус же слоняется по всей Российской империи: Рига, Москва, Нижний Новгород. В Нижнем его задерживает полиция и отправляет на фронт.

Семейный бизнес Габдулвалиевых тем временем близился к своему упадку. В 1917 году нагрянула революция, частная собственность была запрещена, и большая семья Габдулвалиевых расползается по стране и миру в поисках лучшей жизни и пытаясь хоть как-то спасти осколки семейного состояния. И хотя их магазины еще работают вплоть до конца 20-х, семье он уже не принадлежит – там лотки снимают другие арендаторы. А в 30-е годы и для семьи, и для страны наступают особо тяжелые времена.

В новой жизни после революции членам семьи верненских торговых магнатов пришлось очень несладко. Если вчера они не считали деньги и жили на широкую ногу, то в новой жизни элементарно устроится на работу и прокормится стало проблемой. Ведь члены купеческих семей автоматически становились лишенцами: им запрещалось получать высшее образование, жить в крупных городах. Их лишали даже права получать пенсии и пособия. Поэтому всем Габдулвалиевым пришлось выживать как возможно. И если в 20-е, годы нэпа, когда сохранялась свобода торговли это было еще возможно, в 30-е, они лишились и этого. В 1931 году в СССР официально была отменена частная торговля и почти все продукты теперь не продавались, а распределялись по карточкам.

Города были разбиты на четыре списка. Лучше всех обеспечиваются столицы и главные индустриальные центры, а в них — люди, занятые в тяжелой промышленности. К примеру, бурильщики Каспия, шахтеры Караганды и Донбасса могут купить в месяц 3 кг мяса, 2 кг рыбы, 1,2 кг сахара, 2,4 кг крупы, 400 г масла. А в текстильной Ивановской области рабочим первой категории положено по 0,5 кг мяса, 1,5 кг рыбы, 1 кг крупы и 0,8 кг сахара, а остальным — только 1 кг рыбы и 400 г сахара.

Лишенцам – бывшим дворянам, священникам и бывшим купцам, к коим и относились Габдулвалиевы карточки вообще не полагались. И знали бы Габдулвалиевы и миллионы других людей, что единственным спасением от голода станут магазины сети Торгсин. И уж непонятно по какой злой иронии судьбы, но алматинский Торгсин откроется в бывшем торговом доме Габдулвалиевых.

Сегодня многие подзабыли эту аббревиатуру. Что такое Торгсин? Для того, чтобы понять это нужно погрузится в контекст начала 1930-х. Тогда и в стране, и в мире произошло несколько судьбоносных событий. На Западе тогда разгорелась великая депрессия, а в СССР - коллективизация и индустриализация. Если раньше деньги для индустриализации добывались за счёт продажи за рубеж сырья и зерна, то теперь цены на них рухнули почти в три раза. После войн и революции золотой запас был очень невелик. А затраты на индустриализацию требовались очень большие – нужно было закупать технологии, строить огромные заводы и предприятия.

Из деревни все, что можно выжала коллективизация. Расплатой за это стал чудовищный голодомор. Но деньги на индустриализацию еще были необходимы советской власти.

В 1931 году в СССР открылись необычные магазины. Они поражали своим роскошным ассортиментом, в то время как в стандартных советских магазинах было, что называется, шаром покати. Открывались они в основном для иностранцев, которые работали на объектах индустриализации. И у которых, разумеется, была валюта. Но иностранцев в СССР было не так много, а в Алма-Ате 30-х их были вообще считанные единицы. Но был один нюанс – советским гражданам тоже можно было отовариваться в этих магазинах. Прийти в такой магазин с валютой для советского человека было равносильно явке с повинной, а то и самоубийству, да и все равно, в 1930 году большинство советских людей даже не знали, как выглядят доллары.

Собственно, правительство и не ждало, что люди пойдут в магазины с валютой. Поэтому разрешило народу покупать товары за «бытовое золото»: кольца, серьги, крестики и прочее. И население все, что есть в кубышках, покупая взамен самое необходимое — более половины спроса приходится на муку и крупы. Весьма вероятно, что и вчерашние члены мощного купеческого клана Габдулвалиевых приходили в магазин, который буквально вчера принадлежал им, чтобы за семейное золото и бриллианты купить все самое необходимое. Поэтому ответ на вопрос куда могло исчезнуть фамильное купеческое золото простой и самый банальный – его распродавали за бесценок чтобы попросту выжить.

В 1936 году Торгсины закроют, после того как Сталин скажет свою легендарную фразу «Жить стало лучше, жить стало веселее!». Но прежняя жизнь так и не вернулась. А старые купеческие магазины с широким ассортиментов так и останутся несбыточной мечтой советских граждан. И дефицит так или иначе будет продолжаться до конца строя.

Фото: Константин Козлов


Константин Козлов

Публикации автора

И нужен нам берег турецкий!

Читаем сами. В Казахстане бум формата театральных ридингов

Алматы, который мы не знали

Тектурмас. Хадж по-советски

Верненские магнаты: жизнь и судьба

Что ты вьешься над моею головою?

Топ-тема

Другие темы

ПОЛИТИКА | 19.04.2024

Аргументов становится всё меньше

АНАЛИТИКА | 19.04.2024

В этот день. Независимость, «Копейка» и Симпсоны

ГЕОПОЛИТИКА | 18.04.2024

Наводнения между Россией и Казахстаном

ПОЛИТИКА | 17.04.2024

«Закон Салтанат». Точки над «Ё»

ОБЩЕСТВО | 17.04.2024

Паводки и мажилисмены: депутаты выехали в пострадавшие регионы

ОБЩЕСТВО | 17.04.2024

Как Казахстан продвигает права человека через обязательства перед ООН