4 октября 2026 года правительство Талибана в Афганистане открыло гравийную дорогу протяженностью 121 километр, проходящую через Ваханский коридор к китайской границе. В большинстве комментариев поднимается вопрос о том, откроет ли Пекин перевал Вахджир. Менее заметный вопрос касается населения, проживающего вдоль этой дороги. Ее восточный участок пересекает Малый Памир, где проживает большая часть оставшихся в Афганистане этнических киргизов. С 2008 года Кыргызстан оказывает им поддержку в виде государственных экспедиций. Это обеспечивает Бишкеку небольшое, но постоянное присутствие на стыке четырёх стран. Однако политика Кыргызстана направлена на переселение этой общины как раз в тот момент, когда дорога придает ей особое значение.
Дорога проходит от Сархад-е-Брогил до нулевой отметки на китайской границе. По данным Tolo News и Pajhwok, она была построена в два этапа за 365 миллионов афгани (около 5,5 миллиона долларов США) на афганские средства и силами афганских инженеров. Официальные данные включают четыре моста, 66 водопропускных труб и 3 100 метров подпорных стен. Покрытие дороги — гравий. На перевале Вахджир, на высоте почти 4 900 метров, до сих пор нет официального пограничного пункта.
Этот коридор является единственной границей Афганистана с Китаем. Он отделяет Таджикистан от Пакистана. Сархад расположен ниже перевала Брогил, ведущего в пакистанский Читрал.
Восточная половина дороги пересекает Малый Памир. Бозай-Гумбаз, где сходятся долины, является традиционным киргизским местом для разбивки лагеря. Памирские киргизы являются потомками групп, прибывших сюда в период с конца XVI по начало XX века. В своей статье для ZOiS в 2021 году Махабат Садырбек отметил, что до 1973 года их численность составляла около 10 000 человек, и им было поручено патрулировать границу. Война, правление Талибана в 1990-х годах и эмиграция в Пакистан, Турцию и Канаду привели к сокращению их численности. По данным Министерства труда, социального обеспечения и миграции Кыргызстана, в настоящее время численность этой общины в Малом и Большом Памире составляет около 1 300 человек.
Бишкек регулярно оказывает им помощь. С 2008 года правительство направляет туда экспедиции с продовольствием, медикаментами и врачами. В октябре 2025 года экспедиция во главе с заместителем министра провела медицинский осмотр 765 человек и доставила ветеринарные препараты. В августе 2025 года Кабинет министров утвердил программу поддержки на 2026–2029 годы, отчеты о ходе её реализации направляются в Администрацию президента. В 2021 году, после прихода к власти Талибана, киргизская делегация договорилась с Кабулом о безопасности общины и свободе передвижения её членов.
У этой общины практически нет выхода из сложившейся ситуации. В июле 2021 года около 345 афганских киргизов бежали в Мургабский район Таджикистана. В течение недели таджикские власти отправили их обратно вместе с примерно четырьмя тысячами голов скота, сославшись на гарантии безопасности, полученные из Кабула.
Однако основным направлением программы является переселение. В 2017 году 50 человек были переселены в Нарын, а в 2019 году — 11 семей в Алайский район. Некоторые из них позже вернулись в Афганистан. В 2021 году президент Садыр Жапаров заявил, что намерен вернуть на родину оставшихся киргизов. По данным Министерства труда, к маю 2026 года в Чон-Алайском районе проживали 172 памирских киргиза.
ПОСЛЕДСТВИЯ
Дорога меняет стоимость пребывания в регионе. До сих пор добраться до Малого Памира можно было только по длинным грунтовым дорогам. Укреплённая дорога удешевляет доступ для гуманитарных конвоев. То же самое касается афганских чиновников, торговцев и сил безопасности. Агентство «Паджвок» сообщает, что в Вахане теперь созданы административные подразделения и медицинские пункты. Губернатор района уже обратился с просьбой о строительстве дороги от Брогила до Ишкашима, которая соединила бы восточный участок с остальной частью дорожной сети. В 2022 году кабинет министров Талибана отдал приказ о развертывании войск в долине. Афганское государство приходит в регион, где его присутствие до сих пор было весьма ограниченным, и где Кыргызстан был одним из немногих постоянных внешних игроков.
Эта дорога также повышает политическое и экономическое значение коридора. Кабул позиционирует её как связующее звено между Китаем и Ближним Востоком. Пекин пока не открыл Вахджир, хотя власти Бадахшана заявляли, что посол Китая заверил их: торговля начнётся сразу после завершения строительства дороги, а в апреле 2026 года Китай создал новый уезд на своей стороне границы. Открытие дороги затронет тех, кто проживает на последних шестидесяти километрах перед перевалом, включая небольшую группу киргизского населения, имеющую внешнего покровителя. Это может способствовать поддержанию стабильности в регионе, но также может превратиться в гуманитарную проблему, если транспортный поток, контрольно-пропускные пункты или новоприбывшие люди будут мешать использованию их пастбищ.
Для Кыргызстана эта община является единственной основой для легитимных интересов Кыргызстана в отношении коридора и инфраструктуры, которая сейчас там строится. У Кыргызстана нет общей границы с Афганистаном и доли в этой дороге. Без кыргызской общины Бишкек — всего лишь еще один посторонний наблюдатель за Ваханом. Однако при наличии этой общины Бишкек получает три преимущества.
Первое — это авторитет. В 2021 году Кабул признал заинтересованность Кыргызстана в безопасности общины. Это дает Бишкеку признанное основание для выражения своих опасений по мере развития коридора — как в рамках двусторонних переговоров с Кабулом и Пекином, так и в ШОС. Его опасения носят конкретный характер: права на выпас скота в Бозай-Гумбазе и вдоль дороги, свободное передвижение пастухов и скота, а также доступ к гуманитарной помощи, если когда-либо будет согласован режим пересечения границы в Вахджире.
Второй канал — это маршрут. Каждой экспедиции требуются афганские разрешения, сопровождение и местные контакты в Бадахшане. Кыргызстан не признает правительство Талибана, хотя в сентябре 2024 года исключил это движение из списка запрещенных организаций. Экспедиции обеспечивают Бишкеку постоянный гуманитарный канал связи с Кабулом, не зависящий от признания. Это станет ещё более ценным в январе 2027 года, когда Кыргызстан впервые займёт место в Совете Безопасности ООН. На саммите СВМДА в Баку в этом месяце президент Жапаров вновь назвал стабильность в Афганистане приоритетом на этот срок. Член Совета, имеющий регулярный доступ на места по крайней мере в один из уголков Афганистана, имеет больше веса, чем тот, кто полагается исключительно на отчёты.
Третьим фактором является преемственность. Экспедиции позволяют киргизским врачам и чиновникам ежегодно поддерживать контакт с местным населением, в то время как в регионе прокладывается дорога. Если откроется Вахджир, киргизские грузы теоретически смогут поступать в Афганистан через Иркештам и китайскую дорожную сеть, минуя узбекский или таджикский транзит. В таком случае местное население станет для Бишкека локальным посредником на этом маршруте.
Эти преимущества имеют свои ограничения, и участие Бишкека должно оставаться гуманитарным. Если он будет представлять памирских киргизов в качестве политического актива, Кабул или Пекин могут расценить покровительство приграничному меньшинству как вмешательство, и этот канал будет закрыт.
Однако полное переселение лишило бы их всех трёх преимуществ. Прецедент можно найти в Турции. В 1982 году Анкара приняла более тысячи памирских киргизов, бежавших в Пакистан, и расселила их в Улупамире, в провинции Ван. Этот шаг спас жизни, и община разрослась. Кроме того, благодаря этому у Турции больше не осталось интересов в Малом Памире. Садырбек в 2021 году отмечал, что противники переселения в Кыргызстане хотели, чтобы община осталась из-за геостратегической важности этого района. С постройкой дороги их аргумент перестал быть абстрактным. Переселение также требует затрат. 30 сентября 2026 года депутат Улан Примов призвал правительство решить вопросы трудоустройства и адаптации переселенных памирских киргизов, отметив, что государство не может вечно поддерживать их финансово. Бишкек оплачивает политику, которая одновременно сокращает его присутствие в Вахане.
Семьи не должны оставаться в бедственном положении из-за стратегических соображений. Выбор — остаться или уехать — принадлежит им. Однако основной упор в политике должен быть сделан на тех, кто остается: ветеринарная помощь, школьное образование, передвижные клиники и средства связи. Сейчас это самый прямой путь для Кыргызстана сохранить влияние в Вахане.
ВЫВОДЫ:
Ваханская дорога построена, но пока не стала торговым путем. На пути по-прежнему стоят гравий, высокогорье, зима и закрытая граница. Пока что изменения носят локальный характер. Афганское государство теперь имеет дорожное сообщение с Малым Памиром, и Кабул уже создал там административные единицы и медицинские пункты.
Для Кыргызстана памирские киргизы являются главным связующим звеном Бишкека с последним участком афганской территории перед Китаем. Это звено опирается на ежегодные экспедиции, программу на 2026–2029 годы и рабочие договоренности с Кабулом.
Переселение является слабым звеном этой политики. К маю 2026 года в Чон-Алайском районе проживали 172 памирских киргиза, тогда как около 1 300 остались в Афганистане. Бишкек должен продолжать оказывать помощь семьям, решившим переселиться. Однако если он хочет сохранить свои законные интересы в Вахане, ему необходимо вкладывать средства в тех, кто остается. Как только афганское государство укрепит свои позиции вдоль дороги, сделать этот выбор станет сложнее.
Примечание автора: Идея, аргументация и выводы принадлежат мне. Основной аргумент — о том, что Кыргызстану следует сохранить памирских кыргызов на месте, поскольку эта община является единственным рычагом влияния Бишкека в Вахане, — я публично озвучил по кыргызскому телевидению задолго до открытия этой дороги. Факты, цифры и турецкий прецедент 1982 года взяты из моих собственных исследований по этому региону. Английский язык не является для меня родным. При подготовке текста на английском языке я использовал ИИ-помощника (Claude) для грамматической и языковой корректуры. Я самостоятельно проверил и отредактировал весь текст и беру на себя полную ответственность за каждое содержащееся в нем утверждение.
Автор: Кубатбек Рахимов, кандидат экономических наук, директор по развитию Института стратегических и академических исследований (ISAS), Бишкек. Он занимается вопросами транзитных коридоров и политической экономики Центральной Азии.
Источник: The Wakhan Road and the Pamir Kyrgyz: Implications for Kyrgyzstan
Перевод Дианы Канбаковой
Фото из открытых источников
