В Алмалинском районном суде продолжается процесс по делу Санжара Бокаева. На очередном заседании суд допросил новых свидетелей – полицейских, экологов и водителя манипулятора. Озвученные ими данные совпали со словами Улана Нусипкожи, а в ходе самого разбирательства была зафиксирована фактологическая оговорка Бокаева, сообщает Check-point.kz.
В ходе процесса состоялся допрос оперативных сотрудников Департамента полиции Алматы Калбырова и Макажанова. Они рассказали, как с помощью системы камер «Сергек» поминутно восстановили маршрут участников инсценировки в ночь вырубки деревьев в роще Баума 25 октября 2025 года.
Показания оперативников детально совпали с недавним признанием Улана Нусипкожи. Ранее мобилограф рассказал, как Бокаев приказал ему подъехать к неизвестному человеку и передать через окно пачку наличных денег. Это произошло в первый день съемки фейка о вырубке деревьев в роще Баума.
Оперуполномоченный Макажанов официально подтвердил суду, что камеры видеонаблюдения зафиксировали эту встречу. На записях видно, как Акылбек Хамракулов подходит к автомобилю Нусипкожи и что-то забирает через окно.
После этого Хамракулов сел на пассажирское сиденье автомобиля Nissan Primera (за рулем находился другой соучастник – Нурсултан Раз) и направился прямиком к роще Баума. Машина остановилась у парка, после чего Хамракулов и еще один человек зашли в лес, где в ту же ночь были спилены деревья.
Пытаясь спасти ситуацию во время допроса оперативника, Санжар Бокаев допустил ошибку, фактически признав свою причастность к преступлению. Возмущаясь действиями следствия, подсудимый заявил, что около 15 сотрудников полиции следили за тем, «как мы пилили деревья». Использование местоимения «мы» в контексте незаконной вырубки стало невольным подтверждением совершения преступления.
В словах Бокаева о том, что он приехал спасать рощу от застройки коммерческими объектами, усомнился директор и главный лесничий ГРПП «Медеу» Узак Мыкытанов. По его словам, ущерб составил 5 поваленных и 11 поврежденных деревьев.
«В роще строительных объектов нет и не будет. Любая деятельность запрещается, это памятник природы», — сказал свидетель.
В тот момент в парке проводилось благоустройство территории — прокладывались беговые дорожки, ставились фонари и камеры.
Эколог отметил, что о реконструкции везде сообщалось официально, а найти ночью в огромном темном лесу место вырубки без заранее известных координат Бокаев бы физически не смог.
Если на прошлых заседаниях защита выясняла громкость «чихания в лесу», то в этот раз адвокат Мусина на полном серьезе спросила у профессионального лесничего: «Как вы определили, что деревья спилены?»
Показания по эпизоду с гранитными плитами на реке Большая Алматинка также сыграли против подсудимого. В суде допросили водителя крана-манипулятора Султанова, которого наняли для перевозки краденого гранита.
Его рассказ также подтвердил слова Нусипкожи о двух неудачных дублях постановочного ролика. Султанов сообщил, что вывозил плиты для рабочего Хамракулова дважды. В первый раз материалы выгрузили в проулке села Туздыбастау (ранее Нусипкожа рассказывал, как Бокаев матерился из-за того, что плиты выгрузили на пустыре, и забраковал видео).
Во второй раз Хамракулов приказал везти гранит к цеху надгробных плит в селе Бесагаш, при этом проинструктировав водителя: если их остановят, нужно сказать, что плиты подобрали на мусорке. По словам Султанова, они не успели выгрузить все плиты, когда к ним неожиданно подошел Бокаев с камерой. В этот момент Хамракулов (которому нельзя было светиться в кадре с начальником) бросился в бега. Закончив съемку фейкового разоблачения, Бокаев приказал водителю манипулятора оставить две сгруженные плиты, а остальные отвезти обратно на реку.
Фото из открытых источников
