Шанхайская организация сотрудничества на фоне растущей геополитической напряженности все чаще рассматривается не только как региональная площадка, но и как один из элементов формирующейся многополярной архитектуры мира. На прошедшем в Бишкеке саммите лидеры государств говорили о безопасности, транспортных коридорах, торговле, зеленой экономике, водной повестке и необходимости укрепления международного диалога. Президент Казахстана Касым-Жомарт Токаев подчеркнул важность формирования миропорядка, в котором культ силы и конфронтации должен уступить место взаимной ответственности, совместному развитию и долгосрочному сотрудничеству.
О результатах саммита, перспективах ШОС, роли Казахстана и инициатив Касым-Жомарта Токаева, а также о том, почему водная проблема становится одним из ключевых вопросов региональной безопасности, рассказал Игорь Шестаков, директор Центра экспертных инициатив «Ой Ордо», политолог из Кыргызстана.
— Президент Казахстана заявил, что на фоне геополитической фрагментации особую ценность приобретает модель ШОС, основанная на невмешательстве, уважении суверенитета и взаимном доверии. Насколько эта модель сегодня отвечает интересам стран Центральной Азии и позволяет им сохранять пространство для самостоятельной внешней политики?
— Как известно, ШОС создавалась как организация, которая в принципе обеспечивала вопросы доверия в такой сложной теме, как определение границ именно в Центральноазиатском регионе с Китаем.
Поэтому изначально создание этой организации было продиктовано не стремлением к конфронтации, а необходимостью достижения диалога в такой сложной сфере.
И ШОС выполнила эту миссию достойно. Касым-Жомарт Токаев, который тогда занимался вопросами формирования внешней политики Казахстана, дипломатической деятельностью, безусловно, был одним из ключевых участников внешнеполитических процессов тех лет.
И мне кажется, что именно это впоследствии стало одним из базовых принципов формирования повестки взаимопонимания между странами-участницами.
Да, безусловно, есть конфликты. Нельзя сказать, что ШОС смогла полностью их избежать. Были события, связанные с военным конфликтом между Пакистаном и Индией. Но это, скорее, исключение, чем правило в деятельности ШОС.
Поэтому эта организация имеет перспективы для развития. И неслучайно появление такого проекта, как «ШОС плюс».
В то же время организация не навязывает какую-либо политическую схему, при которой большие страны диктуют малым государствам, как они должны себя позиционировать или вести себя в рамках организации.
Мне кажется, это тоже очень важный момент, особенно когда мы живем уже во времена санкций, крупных пакетов ограничений и тарифных противостояний.
Даже ВТО, которая была фактором успешной международной торговли, сегодня тоже оказалась под влиянием санкций, и зачастую деятельность этой организации по продвижению мировой торговли носит достаточно условный характер.
В рамках ШОС можно достигать успехов. Другое дело, что, конечно, необходимо больше конкретных решений. Есть проблема в том, что зачастую декларируемые вещи, к сожалению, пока остаются только в документах ШОС.
То есть нужно больше инструментов, которые позволят организации выйти на реальный уровень объединения – не просто на уровень саммитов, а на реальный уровень взаимодействия в торговле и реализации экономических проектов.
Мне кажется, для ШОС те модели, которые демонстрируют страны Центральной Азии в наращивании взаимной торговли, в сотрудничестве с Китаем, с Российской Федерацией, как раз являются определенными схемами, которые могут быть использованы уже в более широком формате взаимодействия внутри ШОС.
— Как вы оцениваете роль Казахстана в ШОС и значение инициатив президента Касым-Жомарта Токаева для развития транспортного, экономического и политического потенциала Центральной Азии?
— Безусловно, сегодня Казахстан, можно сказать, является одной из лидирующих стран на постсоветском пространстве.
Причем не только в плане идей, но и в плане внешнеторговых показателей, наращивания объемов промышленного производства и инвестирования.
Потенциал, который имеет Казахстан, выходит далеко за рамки Центральной Азии и даже ШОС.
По сути дела, сегодня Казахстан выполняет ключевую миссию и в будущей транспортировке товарной продукции. Даже железная дорога Китай – Кыргызстан – Узбекистан должна идти дальше.
И здесь возможно сотрудничество с Казахстаном по дальнейшим транспортным маршрутам, в том числе по водным путям через Каспийское море.
То есть Казахстан обладает и стратегическими ресурсами, и на региональном уровне ШОС занимает стратегическую позицию в плане выстраивания транспортных коридоров.
Поэтому, когда один из опытнейших дипломатов на постсоветском пространстве господин Токаев вносит предложения, речь идет не только о Казахстане.
Речь идет прежде всего о повышении транспортно-логистического и торгово-экономического потенциала всей Центральной Азии.
Центральная Азия благодаря действиям таких руководителей, как Касым-Жомарт Токаев, перестала быть политической периферией и сегодня занимает достойное, ведущее место в мировой повестке.
— Президент Касым-Жомарт Токаев заявил, что общей стратегической задачей должно стать формирование миропорядка, в котором культ силы и конфронтации уступит место взаимной ответственности, совместному развитию и долгосрочному сотрудничеству. Насколько «шанхайский дух» может стать альтернативой конфронтационной модели международных отношений?
— Сегодня мир находится в состоянии фактически Третьей мировой войны, на что указывают многие эксперты.
Шанхайский дух — это как раз, наверное, тот рецепт против происходящего. Хотя даже не рецепт. Правильнее будет сказать, что шанхайский дух сегодня — это вакцина от военных конфликтов, которые, к сожалению, нарастают.
Тем более, по оценкам специалистов, за 2025 год происходило более шестидесяти военных конфликтов, в том числе в пограничных сферах.
Уникальность ШОС заключается в том, что страны имеют между собой общие границы. И поэтому здесь можно выстраивать и взаимный диалог, и взаимное торгово-экономическое сотрудничество.
Шанхайский дух в том числе заключается в равноправном партнерстве. Нет больших стран, нет малых стран — все находятся в равном положении.
И, как я уже говорил, доминирование одной или двух стран в союзе, которым является Шанхайская организация сотрудничества, в принципе исключено, что и записано в соответствующих декларациях.
Поэтому такой внешнеполитический вектор ШОС, наверное, является моделью для того, чтобы мир шел по пути добрососедства и взаимопонимания.
Все это делается прежде всего ради жителей государств – участников ШОС. А, как известно, это больше половины населения нашей планеты.
И мне кажется, что здесь Касым-Жомарт Токаев абсолютно прав, поскольку действительно шанхайского духа сегодня в мировой повестке, которая, как я уже говорил, настроена на конфронтацию, очень сильно не хватает.
И те вопросы, которые не требуют военных конфликтов, но, к сожалению, приводят к ним, необходимо решать за столом переговоров.
И здесь, конечно, такой подход может быть моделью и для деятельности ООН, которая, к сожалению, сегодня во многом находится в качестве статиста в вопросах защиты принципов международного права и поддержания международной безопасности, хотя именно такая роль закладывалась при создании этой организации после окончания Второй мировой войны.
Поэтому посыл, который дал президент Казахстана, заключается в том, чтобы статус Организации Объединенных Наций как гаранта и международного арбитра вернулся непосредственно в стены ООН, чтобы организация продвигала и укрепляла этот статус дальше.
Потому что без арбитра, без гаранта мировой безопасности мы скатываемся к увеличению числа военных конфликтов, к тому, что пограничные и другие геополитические противоречия все чаще выясняются именно вооруженным путем.
— Президент Токаев уделил особое внимание водной проблематике и предложил создать Центр анализа водных проблем ШОС в Казахстане. Почему сегодня вода становится не только экономическим, но и стратегическим фактором безопасности?
— Вода сегодня — это не только экономический фактор, но и фактор безопасности.
Допустим, тот же конфликт в 2021 году между Кыргызстаном и Таджикистаном разгорелся именно из-за водоканала.
Поэтому вопросы воды и их решение — это тоже гарантия нашей региональной безопасности.
Мы зачастую воспринимаем воду как ресурс для полива или еще для каких-то хозяйственных нужд, то есть исключительно как экономический сегмент.
Но в связи с тем, что идет кардинальное изменение климата, вода будет дороже золота. Об этом еще лет пятнадцать или более назад говорили ученые и специалисты, которые непосредственно занимаются водной проблематикой.
Мы ожидаем вообще появления климатических мигрантов, в том числе и в Центральной Азии, которая пока не испытывает особых проблем с дефицитом воды.
Мы все-таки оказались в зоне, где есть осадки. У нас есть ледники, которые, правда, тают. Но в любом случае пока вопрос воды не стоит так остро сегодня, однако он может встать завтра.
Поэтому то, что предлагает президент Казахстана — это наш завтрашний день, к которому надо подготовиться уже сегодня.
Это необходимо для того, чтобы мы в формате взаимопонимания и диалога решали водную проблему.
Потому что кто-то говорит, что вода — это дар природы, кто-то говорит, что это товар. Здесь звучат абсолютно разные мнения.
Но должно быть взаимопонимание ради достижения общего мира, в том числе и в этих вопросах.
Мне кажется, одним из идеальных решений могло бы стать создание водно-энергетического консорциума.
В свое время такая идея предлагалась на уровне Центральноазиатского союза еще в 1990-е годы, но, к сожалению, она так и не была реализована. Все осталось только в архивных документах.
А такой консорциум, конечно, необходим. Он мог бы эффективно решать проблему не в рамках одного государства Центральной Азии, а на широком региональном уровне.
— Казахстан традиционно выступает за разрешение конфликтов путем диалога. Как вы оцениваете роль страны и лично Касым-Жомарта Токаева в укреплении безопасности Центральной Азии и всего пространства ШОС?
— Безусловно, Казахстан на протяжении всех лет независимости стремился максимально участвовать в разрешении конфликтных ситуаций именно путем диалога не только в пределах Центральной Азии, но и на более широком международном уровне.
Допустим, когда в Сирии шла фактически гражданская война между различными группировками, одним из мест проведения переговоров стал именно Казахстан.
Кроме того, президент Касым-Жомарт Токаев, конечно, тоже внес свой вклад в урегулирование пограничного конфликта между Кыргызстаном и Таджикистаном.
Сейчас мы видим, что здесь достигнуто взаимопонимание. И модель этих договоренностей вообще тоже может служить примером для ШОС.
Я думаю, что роль Казахстана здесь тоже была. Другое дело, что лидер вашей республики широко это не афишировал — что какие-то консультации проходили или было посредничество.
Но мне кажется, такой процесс был, потому что все были заинтересованы в том, чтобы этот конфликт не перерос в полномасштабную войну, а стороны смогли перейти к диалогу.
Также Казахстан уделяет внимание тем процессам, которые происходят вокруг Афганистана.
Поэтому неслучайно в вашей республике появился соответствующий центр ООН, который занимается решением в том числе социальных и инфраструктурных проблем в соседней с Центральной Азией стране, которую принято считать горячей точкой.
На протяжении долгих лет там происходили боевые действия с участием различных террористических группировок, проводились контртеррористические операции.
Но Казахстан также максимально вносит свой вклад в то, чтобы ситуация в Афганистане оставалась безопасной для Центральной Азии.
И, конечно, принцип многовекторности, который Казахстан проводит во внешней политике, также является ориентиром для центральноазиатских государств и других стран ШОС.
Поскольку именно такой мирный вектор развития Казахстана, безусловно, служит укреплению безопасности не только на пространстве Центральной Азии, но и на всем пространстве ШОС.
— Президент Казахстана Касым-Жомарт Токаев высоко оценил председательство Кыргызстана в ШОС и отметил его вклад в укрепление единства Организации. Как в Кыргызстане оценивают итоги председательства и какие его результаты вы считаете наиболее значимыми?
— Я полагаю, что Кыргызстан провел на высоком уровне весь год 25-летия ШОС, поскольку страна приняла достаточно большое количество мероприятий, связанных в том числе с официальной частью повестки. У нас проходили заседания Совета министров иностранных дел, других ключевых ведомств ШОС.
Кроме этого, была подготовлена соответствующая инфраструктура для того, чтобы принять не только руководителей десяти стран, которые непосредственно входят в организацию. В Бишкек также прибыли руководители еще одиннадцати государств, и таким образом получился формат «ШОС плюс».
Поэтому в организационном плане максимальная нагрузка выпала на Администрацию президента и правительство Кыргызстана. Но я полагаю, что все эти усилия были направлены не только на то, чтобы показать гостеприимство Кыргызстана, но и на то, чтобы повысить статус ШОС в юбилейный год.
Если говорить о тех вопросах, которые поднимались на саммите, то, если мы будем исходить из выступления Садыра Жапарова, важную роль он отвел запуску строительства железной дороги Китай – Кыргызстан – Узбекистан. Этот вопрос еще с 1990-х годов рассматривался руководством Кыргызстана, и вот с 2025 года проект уже получил реальное наполнение.
Мне кажется, сам запуск этого проекта выглядел очень символично. Как известно, данная железная дорога является одним из флагманских проектов ШОС.
Традиционно важным вопросом является безопасность. В рамках ШОС запущен универсальный центр по борьбе с наркотрафиком. Ожидается открытие в Бишкеке представительства центра, который займется противодействием угрозам со стороны международной организованной преступности.
Это, несомненно, повышает статус ШОС как организации, которая выступает за укрепление региональной безопасности и стабильности.
Безусловно, важным событием стала и передача председательства Пакистану на следующий год. Кыргызстану есть что передать следующему председателю. Пакет документов, подписанный в Бишкеке, на мой взгляд, достаточно важен для дальнейшего развития организации, и уже Пакистану придется наполнять конкретикой те договоренности, которые были достигнуты.
В целом ШОС продемонстрировала себя как организация, которая при достаточно формальной, к сожалению, работе ООН берет на себя ответственность за формирование прежде всего мировой стабильности и построение многополярного мира. В общем-то, это и является одним из проявлений шанхайского духа.
Фото из открытых источников
