14.04.2023 3445

Стал ли Казахстан более демократичным после недавних выборов?


Carnegie Endowment for International Peace

Казахстанское руководство достигло своей главной цели - немного смягчилось и освободило место для других, сохранив при этом полный контроль над парламентом.

Результаты парламентских выборов в Казахстане в марте закрепили политическую систему президента Касым-Жомарта Токаева. Страна по-прежнему далека от либеральной демократии, и разделение полномочий значительно смещено в пользу президента, но роль парламента изменилась, воплотив в себе принцип Токаева «разные мнения - единая нация». Законодательный орган, который ранее был не более чем резиновым штампом, становится ареной для дискуссий и даже иногда критики власти - хотя и контролируемой критики.

Парламентские выборы уже проводились при Токаеве, еще в 2021 году. Решение о проведении внеочередных выборов было связано с протестами января 2022 года, которые не только потрясли политический режим Казахстана, но и открыли для Токаева окно возможностей: в обществе возник запрос на перемены, и его нужно было удовлетворить. Президент приступил к решению этой задачи и в процессе адаптировал систему под свои нужды.

Сначала были проведены широкие конституционные реформы, заложившие основу для грядущих перемен. Затем были проведены внеочередные президентские выборы, укрепившие легитимность Токаева. Оставалось только обновить парламент.

В преддверии парламентских выборов избирательное законодательство было ослаблено. Впервые с 2004 года была использована смешанная система, при которой шестьдесят девять депутатов избирались по партийным спискам, а остальные двадцать девять - по одномандатным округам. Порог для регистрации новых партий был снижен с 20 000 до 5 000 членов. Впервые было разрешено участие независимых кандидатов, что привело к беспрецедентной конкуренции: около 250 кандидатов подали заявки на участие всего в пяти выборах в двух столицах - Астане и Алматы.

Около трети из тех, кто подал заявку на регистрацию, получили отказ. Тем не менее, некоторые независимые политики попали в избирательные бюллетени, включая представителей незарегистрированных партий, а также проукраинских активистов, «национальных патриотов», призывающих к тому, чтобы все образование было на казахском языке, феминисток и ярых противников бывшего президента Нурсултана Назарбаева и его сторонников.

В преддверии выборов были созданы новые политические партии, в том числе партия молодых предпринимателей «Республика» и партия экологов «Байтак». Главная партия подверглась ребрендингу, переименовав свое прежнее название «Нур-Отан» в «Аманат». Первоначальное название, выбранное для рифмы с фамилией Назарбаева, стало токсичным после прошлогодних протестов, которые проходили под лозунгом «Шал, кет». Теперь, в новой политической системе, президент остается вне игры и не является членом ни одной из партий.

В выборах также приняли участие известные представители «внутрисистемной» оппозиции: «Ак жол», Народная партия Казахстана (бывшая Коммунистическая партия), партия «Ауыл», представляющая интересы сельских регионов, и Общенациональная социал-демократическая партия.

В разгар избирательной кампании эта бурная деятельность создавала впечатление, что политический режим действительно становится демократическим. Независимые и проправительственные кандидаты встречались с избирателями, разрабатывали программы и PR-стратегии, участвовали в теледебатах с другими кандидатами.

В основном кандидаты обсуждали внутриполитические и социальные вопросы, хотя внешняя политика тоже не осталась без внимания, в первую очередь последствия вторжения России в Украину и будущие отношения с Москвой. Репутация некоторых политиков пострадала из-за их пророссийской позиции. Интервью с заместителем председателя партии «Ак Жол» Азаматом Абильдаевым вызвало скандал, когда он выразил полную поддержку «специальной военной операции России и лично президента Владимира Путина.

Впечатление беспрецедентной свободы усиливалось тем, что на обсуждение выносились даже деликатные вопросы. Ауыл строил свою кампанию вокруг языковой политики и национальной идентичности, а также повышения уровня жизни в сельских поселениях. Некоторые из кандидатов партии призывали к штрафам для тех, кто не говорит по-казахски, и к повышению налогов для женщин, вышедших замуж за иностранцев. Если раньше все кандидаты всегда говорили на казахском и русском языках во время своих выступлений, то фронтмен партии «Ауыл» Жигули Дайрабаев во время всех своих публичных выступлений говорил на казахском языке.

Во время предвыборной кампании наибольший успех имели партии, не связанные с бывшим президентом Назарбаевым: социал-демократы и две новые партии – «Республика» и «Байтак». Однако ход голосования и его результаты показывают, что скорость перехода к демократизации не следует преувеличивать. По традиции голосование не обошлось без фальсификаций (наблюдатели выявили вбросы бюллетеней на различных участках) или использования административного ресурса.

Кампания также не вызвала большого общественного интереса. За неделю до выборов 62,5 процента избирателей заявили, что ни одна из партий не представляет их интересы, согласно опросам «Демоскопа». Люди также устали от выборов после конституционного референдума в июне 2022 года и президентских выборов в ноябре. Кроме того, выборы совпали с длинными выходными по случаю праздника Наурыз (отмечается 21–23 марта в Казахстане), что еще больше снизило явку, которая составила 52,8 процента и стала самой низкой среди всех общенациональных голосований в истории независимого Казахстана.

В итоге, несмотря на все нововведения и ослабление гаек, парламент не претерпел серьезных изменений. 5-процентный барьер преодолели шесть партий - в два раза больше, чем при Назарбаеве, - но мало что изменилось.

Правящая партия «Аманат» сохранила свое большинство, получив 53,9 процента голосов, или сорок мест (по сравнению с 71 процентом в 2021 году). В одномандатных округах ни один из независимых кандидатов не одержал победу, и «Аманат» выиграл двадцать три из двадцати девяти округов. Остальные шесть победителей либо присоединятся к партии большинства, либо будут ей лояльны.

Таким образом, у правящей партии есть как минимум шестьдесят три места из девяноста восьми, что позволит ей самостоятельно принимать ключевые решения и преодолевать вето Сената (если это когда-нибудь произойдет). Для принятия конституционных законов Аманату необходимо еще три места, и их можно легко найти среди оставшихся одномандатников или депутатов от пяти других парламентских партий, которые во многом зависят от администрации президента.

Остальные места в парламенте поделены между псевдооппозиционными партиями, которые на самом деле поддерживают власть. Этим политическим динозаврам пришлось делить свои места с новыми партиями, поэтому «Ак Жол» получила всего 8,4 процента голосов (по сравнению с 10,95 процента в 2021 году), а Народная партия Казахстана - 6,8 процента (по сравнению с 9,1 процента в 2021 году). Ауыл получил 10,9 процента, или восемь мест; Республика получила 8,6 процента, или шесть мест; социал-демократы получили 5,1 процента, или четыре места.

Казахское руководство достигло своей главной цели: немного смягчилось и освободило место для других, сохранив при этом полный контроль над парламентом. Формально есть основания говорить о демократизации: в парламенте теперь шесть партий вместо трех, треть депутатов представляют одномандатные округа, соблюдаются гендерные квоты. Однако на деле баланс сил остается неизменным.

Теоретически, результаты выборов могут усугубить растущее разочарование общества в политических реформах. Однако возможно, что устав от перемен за последние годы, казахстанская общественность возьмет тайм-аут в борьбе за свои права, особенно если за выборами последуют экономические реформы.

Политические реформы, объявленные Токаевым в прошлом году, завершены. Нет острой необходимости продолжать этот процесс в том же темпе, и это означает, что власти теперь будут работать над сохранением политической системы и своего места в ней в ее нынешнем виде.

Автор - Газиз Абишев

Carnegie не занимает институциональных позиций по вопросам государственной политики; представленные здесь мнения принадлежат автору(ам) и не обязательно отражают точку зрения Carnegie, его сотрудников или попечителей.

Источник: Has Kazakhstan Become More Democratic Following Recent Elections? - Carnegie Endowment for International Peace

Перевод Дианы Канбаковой

Фото из открытых источников