Война между Ираном, Израилем и США выходит за пределы этих трех стран, имея более широкие последствия как для Ближнего Востока, так и для Южного Кавказа. Эти регионы занимают важную долю в мировых поставках нефти как с точки зрения производства, так и экспорта. На фоне растущей нестабильности на Ближнем Востоке, в частности, перебоев в судоходстве через Ормузский пролив, мировые энергетические рынки все чаще ищут альтернативные источники и маршруты поставок. В результате внимание переключилось на Южный Кавказ и Центральную Азию. Это поднимает важный вопрос о том, затронет ли текущий конфликт эти регионы.
Аналитики полагают, что краткосрочные выгоды возможны, но долгосрочные — маловероятны. В отчете о Южном Кавказе, подготовленном голландским финансовым учреждением ING Group, указывается, что рост цен на нефть и золото, вызванный эскалацией напряженности на Ближнем Востоке, может оказать временную поддержку внешнему балансу Азербайджана, Казахстана и Узбекистана, одновременно оказывая дополнительное давление на энергозависимую Армению. Таким образом, в то время как Азербайджан и несколько центральноазиатских государств могут в краткосрочной перспективе выиграть от благоприятных цен на сырьевые товары, Армения сталкивается с повышенными экономическими рисками.
По оценкам аналитиков банка, каждое устойчивое повышение цены на нефть на 10 долларов за баррель приводит к увеличению годового объема экспорта Казахстана примерно на 6 млрд долларов и экспорта Азербайджана примерно на 3 млрд долларов, что соответствует 1,8% и 4% ВВП стран соответственно. С финансовой точки зрения, такое же повышение цен на нефть приносит обеим странам около 1,5 млрд долларов дополнительных доходов от продажи топлива, что составляет примерно 0,5% ВВП Казахстана и 2% ВВП Азербайджана.
Последние рыночные данные иллюстрируют эту тенденцию. Цена на нефть марки Azeri Light, поставляемую на условиях CIF в порт Огаста, выросла на 5,61 доллара, или 6,82%, достигнув 87,90 доллара за баррель по сравнению с предыдущей торговой сессией. Между тем, цена на нефть марки Azeri Light, экспортируемую через порт Джейхан на условиях FOB, выросла на 5,34 доллара, или 6,82%, до 83,69 доллара за баррель.
Другие мировые эталоны продемонстрировали аналогичный рост. Нефть марки Urals подорожала на 5,04 доллара, или 10,75%, достигнув 51,94 доллара за баррель, а нефть марки Brent, добываемая в Северном море, подорожала на 6,55 доллара, или 8,07%, до 87,71 доллара за баррель. Примечательно, что государственный бюджет Азербайджана на 2026 год был рассчитан на основе средней цены на нефть в 65 долларов за баррель, что означает, что текущие рыночные цены значительно превышают базовый прогноз правительства.
Между тем рост цен на сырьевые товары не ограничивается нефтью. Экономики стран Центральной Азии также могут выиграть от повышения цен на золото. Например, аналитики отмечают, что повышение цены на золото на 1000 долларов за унцию может принести Узбекистану дополнительный экспортный доход в размере примерно четырех миллиардов долларов, что эквивалентно около 2,7% ВВП страны.
Однако, несмотря на эти потенциальные выгоды, эксперты предупреждают, что долгосрочные перспективы для Южного Кавказа и Центральной Азии остаются неопределенными. Затянувшаяся нестабильность на Ближнем Востоке может нарушить глобальные торговые пути, финансовые потоки и цепочки поставок. Хотя более высокие цены на нефть могут временно увеличить экспортные доходы таких производителей энергоресурсов, как Азербайджан и Казахстан, продолжающаяся геополитическая напряженность может подорвать более широкую экономическую стабильность.
Одной из основных проблем является сохраняющаяся неопределенность в отношении морских перевозок через Ормузский пролив, один из важнейших маршрутов транзита энергоресурсов в мире. Любое длительное нарушение может вызвать волатильность на мировых рынках, повлиять на стоимость перевозок и ослабить мировой экономический рост.
Министр энергетики Катара Саад аль-Кааби предупредил, что эскалация напряженности на Ближнем Востоке может «привести к краху мировой экономики», добавив, что цены на нефть могут вырасти до 150 долларов за баррель в течение двух-трех недель, если танкеры и торговые суда по-прежнему не смогут проходить через Ормузский пролив.
Кроме того, экономики стран региона по-прежнему тесно интегрированы в глобальные цепочки поставок. По данным ING, страны бывшего СНГ имеют ограниченные прямые торговые связи с основными сторонами конфликта. Однако их зависимость от импорта из Европейского союза и экономические связи с такими партнерами, как Турция, Иран и страны Персидского залива, представляют собой потенциальные уязвимые места.
Еще одним важным фактором является доверие инвесторов. Сохраняющаяся геополитическая нестабильность в соседних регионах может сдерживать долгосрочные иностранные инвестиции в инфраструктурные, энергетические и транспортные проекты на Южном Кавказе и в Центральной Азии. Многие из этих инициатив зависят от стабильной геополитической обстановки и предсказуемости торговых маршрутов.
Поэтому, хотя текущий кризис может дать краткосрочные экономические преимущества для некоторых стран-экспортеров сырьевых товаров, аналитики подчеркивают, что затяжной конфликт в конечном итоге создаст больше экономических рисков, чем преимуществ как для Южного Кавказа, так и для Центральной Азии. Стабильная региональная безопасность и предсказуемые глобальные рынки остаются гораздо более важными для устойчивого развития этих экономик, чем временные выгоды, обусловленные геополитической напряженностью.
Автор: Назрин Абдул
Источник: Mideast crisis sparks energy windfall for South Caucasus and Central Asia
Перевод Дианы Канбаковой
Фото из открытых источников