13 августа 2020

Нет науки – нет будущего



журналист

В мире идет биологическая, гибридная, экономическая и другие войны. В РК в 2020 г. более чем на 25 тысяч человек выросла общая смертность по сравнению с прошлыми годами. Это уровень подготовки к биологическим, медицинским угрозам – катастрофическая нехватка грамотных медиков, ученых, больниц, почти нет производства лекарств и медизделий, коррупция. Мы не готовы к войне: биологической, гибридной, экономической, информационной, вооруженным конфликтам и т.д.

Карантин показал тотальную зависимость РК от импорта – у нас мало что производится: начиная от иголок, ниток, батареек, кончая самолетами и вооружением, всё импортное. Даже продукты. Бывшая аграрная республика ежегодно завозит продовольствие на сумму 3,6 млрд долларов, а экспортирует намного меньше.

Для сравнения: производство продуктов питания в Казахстане в 2015 г. составило 40,2%, одежды – 3,5% от уровня 1990 г.

Это несмотря на то, что «петля анаконды» сжимается на глазах: Грузия, Молдова, Украина, Беларусь, Кыргызстан, Карабах, Армения. И вопрос государственной, продовольственной, экономической, информационной безопасности РК остро стоит на повестке дня.

У нас мало «мозговых» центров, стратегов, аналитиков высокого уровня. А между тем большие рыбы поедают малых, видимыми и невидимыми нитями плетутся сети. Территориальные претензии российских депутатов надо воспринимать вполне серьезно. Президент РФ В.Путин недавно сравнил нынешнюю ситуацию с положением перед Второй мировой войной.

Государство не определило и не развило национальные (государственные) ценности и интересы, национальную идею, в итоге не взрастило государственников, патриотов – даже в условиях биологической войны наши олигархи, богатые люди выделили мизерные средства для спасения людей, госорганы и наука оказались не готовы к войне.

Казалось бы, реальная опасность для страны, народа, и надо возвращать зарубежные средства на родину для ее блага и для спасения людей, но такой инициативы не было от властей, бизнесменов, чиновников. При форс-мажоре проще иммигрировать за рубеж, где есть недвижимость и вывезенные средства?

Что за страна, где есть механизм незаконного вывода средств в оффшоры, но нет механизма их возврата?! Что за страна, откуда бизнес и финансы убегают, не говоря о небывалой миграции за рубеж? Население как было малочисленным, так и осталось таковым – не было эффективной госпрограммы в этой сфере.

А между тем внешний долг страны равен выведенным средствам, который приближается к ВВП! При некоторых обстоятельствах долг РК может быть использован в интересах другого государства.

Да, в условиях гибридной войны у нас нежелателен «вирус митингизации» и необходима консолидация общества. Однако, как говорит Торегали Казиев, бездействие властей может повторить XVIII век, когда в Степи тоже было безволие властей и не было единства народа. В итоге Степь потеряла не только половину населения, но и свою независимость и территории.

30 лет РК строила рестораны, торгово-развлекательные центры, бизнес-центры, мечети и т.д., продавая сырье и не развивая собственное производство, сельское хозяйство, науку, медицину, образование. В итоге будто вернулись лихие 90-ые: безработица, коррупция, отсутствие производства, разрушенное сельское хозяйство, рост преступности, смертности и т.д.

Книги, журналы, газеты – основа культуры и науки. За годы независимости была разрушена развитая сеть книжных магазинов, закрыта сеть газетных киосков, издание художественной, научно-познавательной литературы стало частным делом без гонораров и государственной помощи, с мизерными тиражами.

Только у нас Академия наук – общественная организация! Закрыты многие научно-исследовательские институты, ученые влачат жалкое существование. Только у нас финансирование науки ниже, чем в африканских странах – 0,12% от ВВП! Утратили свой прежний статус художественные, градостроительные советы.

В итоге не ученые, не компетентные специалисты, интеллектуалы, художники, а неграмотные и коррумпированные чиновники правят во всех отраслях. Поэтому не открываются производства, кризис в сельском хозяйстве, экономике, науке, образовании. Появились позорные памятники, рушатся новые дома, взрываются военные склады, процветают коррупция и хищения, растет преступность, разрушается институт семьи, уничтожаются памятники культуры, сады, деревья и т.д. Чиновники от лингвистики, не изучив проблему, переняли неудачный и ненаучный опыт латинизации Узбекистана. 

А ведь пришло «военное» (предвоенное) время, когда надо быстро перестраивать экономику, сельское хозяйство, науку, медицину, образование и т.д.: открывать повсеместные производства разного направления, в кратчайшие сроки мобилизовать все силы для производства самых востребованных товаров от ниток и тканей до тракторов и беспилотников.

В сельской местности открывать колледжи (СПТУ), аграрные вузы, предприятия по переработке сельхозпродукции, восстанавливать опытные станции, колхозы, фермы, отгонное животноводство, пастбища и т.д. Неэффективно используемые земли латифундистов передавать фермерам и крестьянам.

Вместо многочисленных платных вузов для троечников, которые готовят слабых и ненужных «специалистов», открывать бесплатные колледжи и вузы для подготовки специалистов для сельского хозяйства, строительства, промышленности, науки и т.д.

И для выживания и сохранения страны и народа пришло время ученых, аналитиков, компетентных специалистов. В России Петр I открыл Академию наук и пригласил ученых из-за рубежа – развитие получили многие отрасли экономики, не говоря о науке, образовании, медицине, литературе и т.д.

В Казахстане в 1946 г. открыли Академию наук – развитие получили промышленность, сельское хозяйство, образование, наука, культура и т.д. Надо вернуть Академии наук РК государственный статус, восстановить научный потенциал в др. форме (университетская наука и др.).

Ведь за годы независимости у нас не появились мастера уровня Ауэзова, Жумабаева, Аймауытова, Макатаева, Калдаякова, Мергенова, Тельжанова и т.д., ученые уровня Байтурсынова, Сатпаева, Маргулана, экономика – в кризисе, языковая реформа зашла в тупик, а идеология не предложила национальную парадигму развития.

Однако в годы независимости сделали ставку на развитие религиозности без развития науки, образования, культуры. Открываются не научные центры, не силиконовые долины – у нас строится самая большая мечеть в СНГ и Европе, которая будет в десятке крупнейших в мире. Религия заменила национальные ценности, культуру, идеологию, науку?

На начало 2018 г. у нас насчитывалось около 3600 (!) мечетей, 84 из которых пустуют (результат беспорядочного строительства). В то же время за последние годы не построено ни одной большой библиотеки, научного центра, дома культуры, концертного зала, не открыты научные институты и т.д. В селах – старые школы, нет стадионов, дома культуры, библиотеки и т.д., но есть новая мечеть.

Могут возразить, что мечети построены не на бюджетные деньги, а на средства спонсоров или зарубежные деньги. Об этом и речь – даже внимание и средства спонсоров обращены в сторону религии, а не на образование и науку. Ведь за рубежом многие научные заведения и проекты финансируются частными организациями. У нас же и государство, и спонсоры оставили науку без внимания. 

Не говоря о том, что надо развивать традиционную культуру, «степной» ислам, а не «арабский» ислам, салафизм – идет цивилизационный и гендерный конфликт, не говоря о радикализации.  

Одно время велись разговоры о необходимости запрета салафизма в Казахстане, но дальше слов дело не пошло: мол, эта официальная религия Саудовской Аравии, как мы ее запретим? К примеру, у нас не распространен шиизм, но это не означает, что данная религия у нас под запретом. Речь должна идти не о запрете как таковом, а о решении самой проблемы – салафизм появился в стране через имамов, получивших духовное образование за рубежом, через строительство мечетей арабскими странами, через зарубежную помощь и т.д.

О языке и латинице. Любой язык развивается посредством художественной, научной, переводной и др. литературы, развитой лингвистики, публицистики, театрального искусства, кино, мультипликации и т.д. Те же новые слова, термины, которые создадут наши ученые, лингвисты, должны зазвучать в художественной, научной и другой литературе, публицистике, кино и т.д. В поэзии, прозе, науке, СМИ «обкатываются» новые слова, а затем они входят в лексикон народа.

У нас же сделали упор – развивать язык с помощью смены графики, как в Узбекистане. 

Дефицит переводной литературы связан с отсутствием соответствующего финансирования, а также неразвитостью переводческого дела. Достаточно зайти в книжные магазины, библиотеки, чтобы увидеть уничижительное соотношение книг на русском и казахском языках, не говоря об интернете.

Не развита национальная терминология – нет финансирования работы Терминкома, поэтому лекции в Академии гражданской авиации, технических, медицинских и др. вузах нередко читают на русском языке или используют термины из русского языка.

Если такое положение отечественного книгоиздательства на кириллице, то нетрудно представить, какое будущее ожидает казахский язык на латинице. Язык – это средство получения информации, в противном случае у него нет будущего.

Например, по информации министра Асхата Аймагамбетова, школьный библиотечный фонд состоит в основном из учебной литературы, художественные произведения составляют только небольшое количество. К тому же в учебных хранилищах преобладают книги советского периода, в подавляющем большинстве идеологического характера. В школьных библиотеках всего 19% художественной литературы. Современной художественной литературы, в том числе на государственном языке, по-прежнему ничтожно мало. Не говоря о переводной мировой литературе.

Если такое положение с библиотечным фондом на нынешней графике, то с переходом на латиницу его положение будет катастрофическим. Были предложения от неграмотных чиновников сократить количество библиотек, несмотря на то, что оцифровано всего 1% книг. Вне зависимости от развития электронной библиотеки в развитых странах по-прежнему библиотеки, книги двигают прогресс. 

Ныне (до смены графики) для языковой реформы необходимы Лингвистический центр по координации языковой реформы, Институт казахского и тюркских языков (социальной лингвистики), Институт терминов, Институт перевода, Литературный институт. 

Если правительство найдет на латинизацию 20-30 млрд долларов, то можно поддержать в будущем грамотную смену графики и языковую реформу: для открытия сети книжных магазинов, развития книгоиздательства, восстановления гонорарной системы для писателей и поэтов, для открытия научных, в том числе лингвистических институтов, центров перевода, перевода большей части письменности с кириллицы на латиницу, финансирования науки, восстановления Академии наук в прежнем статусе и т.д. Иначе будет повторение неудачного узбекского опыта.